Шрифт:
Ханна склонилась над прилавком, оглядывая поток покупателей универмага King James и пытаясь не думать о том, чем они с Моной обычно занимались вечерами по пятницам.
Сначала они купили бы наряд Счастливая Пятница, чтобы вознаградить себя за прошедшую неделю; затем напали бы на суши-бар и блюда из лосося; а потом, - любимая часть Ханны, - отправились бы домой и сплетничали на широкой кровати Ханны, смеясь и потешаясь над колонкой "Ой! дня" в "CosmoGirl".
Ханна вынуждена была признать, что об определенных вещах с Моной трудно было говорить - она избегала любых эмоциональных бесед о Шоне, потому что Мона считала его гомиком, и они никогда не могли поговорить об исчезновении Эли, потому что Ханна не хотела извлекать плохие воспоминания о своих старых друзьях.
На самом деле, чем больше она думала об этом, тем больше задавалась вопросом, о чем они с Моной вообще говорили.
Парни? Одежда? Обувь? Люди, которых они ненавидели?
– Я буду через минуту, - сказал продавец, хмурясь и изучая что-то на мониторе.
– По какой-то причине наше интернет-соединение не отвечает.
"Ха!", - подумала Ханна.
С интернет-соединением было что-то не так.
Кто-то рассмеялся, входя в T-Mobile, и Ханна подняла взгляд.
У нее не осталось времени пригнуться, когда она увидела Мону, идущую с Эриком Канном.
Легкие светлые волосы Моны выделялись на фоне ее платья-свитера с воротником-хомутом цвета древесного угля, черных колготок и высоких черных ботинок.
Ханна хотела бы спрятаться, но она не знала, где - стойка регистрации T-Mobile была островом посреди магазина.
В этом дурацком месте даже не было никаких проходов, чтобы прокрасться туда, или полок, чтобы укрыться под ними, - лишь четыре стены мобильных телефонов и аксессуаров для них.
Прежде, чем она смогла что-нибудь сделать, Эрик заметил ее.
В его глазах блеснуло узнавание, и он кивнул Ханне.
Конечности Ханны окоченели.
Теперь она знала, что испытывает олень, оказавшись лицом к лицу с приближающимся автотрейлером.
Мона проследила за взглядом Эрика.
– О, - скучно произнесла она, когда ее взгляд встретился со взглядом Ханны.
Эрик, который, должно быть, ощутил напряжение между девушками, пожал плечами и отошел в заднюю часть магазина.
Ханна сделала несколько шагов к Моне.
– Привет.
Мона уставилась на стену с телефонными наушниками и адаптерами для автомобилей.
– Привет.
Долгая пауза.
Мана почесала нос.
Она покрыла ногти черным лаком Chanel из ограниченной коллекции La Vernis - Ханна помнила время, когда они купили две бутылочки в Сефоре.
Воспоминание почти вызвало у Ханны слезы.
Без Моны Ханна ощущала себя прекрасным нарядом без соответствующих аксессуаров, "отверткой" без водки, айподом без наушников.
Она просто ощущала себя неправильно.
Ханна вспомнила то лето после восьмого класса, когда она потащилась с матерью в ее командировку.
Сотовый Ханны там не принимал, и когда она вернулась, на телефоне было двенадцать голосовых сообщений от Моны.
– Было странно не говорить с тобой целый день, так что я решила вместо этого рассказать тебе все в сообщениях, - сказала Мона.
Она долго прерывисто выдохнула.
T-Mobile чрезмерно пах ковровым очистителем и потом, - Ханна надеялась, что нее ее.
– Я видела послание, которое мы однажды написали на крыше твоего гаража, - выпалила она.
– Ну знаешь, ХМ+МВ=ЛЛЛЛЛПН? Его можно увидеть с неба.
Ясно как день.
Мона казалась пораженной.
Ее выражение смягчилось.
– Правда?
– Ах-ха.
Ханна уставилась на один из рекламных плакатов T-Mobile напротив.
Это было низкосортное фото двух девушек, хихикающих над чем-то в их телефонах.
Одна была шатенка, другая блондинка - как Ханна и Мона.
– Все так запутанно, - тихо сказала Ханна.
– Я даже не знаю, как это все началось.
Мне жаль, что я пропустила Другодовщину, Мон.
Я не хотела зависать со своими старыми друзьями.
Я не сближаюсь с ними.
Мона опустила подбородок на грудь.
– Нет?
Ханна едва услышала ее за детским трамвайчиком, который как раз загромыхал возле магазина T-Mobile.
Ехал всего один пухлый, выглядящий несчастным мальчик.
– Нисколечки, - ответила Ханна, когда детский трамвай проехал.
– Мы просто... с нами произошли странные вещи.