Штат Хогвартса реагирует на происшествие и справляется с ним тоже по-разному. Кэрроу похожи на очень мокрых и очень откормленных индюшек. Бесятся страшно, пытаются как-то убрать воду, но получается пока слабо – слишком уж ее много. То, что они явно не выспались, тоже свою роль играет. Наши учителя по традиции даже не пытаются решить возникшую проблему. Спраут вообще на воду внимания не обращает – с ней в теплицах и не такое случалось. Флитвик окружил себя какими-то мудреными заклинаниями, поэтому сейчас является одним из двух счастливых обладателей не только сухой одежды, но и сухой обуви, поскольку вода на него не попадает вообще. МакГонагалл, судя по всему, сделала одежду и обувь непромокаемыми, – вода стекает по ним, не впитываясь.

Снейп передвигается по школе, не снижая скорости, и является вторым счастливым обладателем абсолютно сухих ботинок. И защитные заклинания тут не при чем. Просто там, где он идет, воды нет. Либо он колдует со сверхзвуковой скоростью, либо вода сама в страхе жмется к стенам, чтобы не дай Мерлин не соприкоснуться с ним. Замечаю это не только я.

– Дементор его поцелуй, как он это делает? – восклицает Симус, провожая взглядом худую черную фигуру. – Ты смотри, там, где он только что прошел, опять вода!

Выглядит это впечатляюще. Готов спорить, магглы при виде такого причислили бы Снейпа к лику святых, несмотря на его диаметрально противоположный внешний вид. Все-таки он потрясающий!

Тот факт, что организаторами Всемирного Потопа являются Миртл, которая затапливает туалеты с завидным постоянством, и Пивз, который всю ночь развлекал и отвлекал Кэрроу, очевиден для всех. Алекто, естественно, косит на меня глазом и заявляет, что их явно подговорил кто-то из студентов. МакГонагалл резонно возражает, что Пивз студентов вообще не слушается, а от Миртл ученики сами стараются держаться подальше. Кэрроу продолжает гнуть свою линию. До тех пор, пока с МакГонагалл не соглашается Снейп, – после этого ей остается только скрипеть зубами. Снейп, конечно, как всегда, поступает по-умному. Он вызывает на допрос старост факультетов. На этот раз и девушек тоже. И не всех вместе, а в порядке строгой очереди. Кэрроу это успокаивает.

Ну а я с трудом сдерживаю ликование. Со вчерашнего вечера думал, как бы мне поговорить со Снейпом один на один. Особенно радует, что я еще и самым последним на допрос пойду. Значит, можно никуда не торопиться.

К вечеру влажность постепенно снижается. Пивза и Миртл нигде не видно – думаю, они еще долго будут прятаться. При первой же возможности надо будет поблагодарить их за замечательную работу. Весь день я терпеливо жду своей очереди. От ребят, уже побывавших у Снейпа, приходят краткие сообщения. Наш директор заставляет их подробно и детально расписывать, чем именно они занимались вчера вечером. Им даже врать не приходится. А вот за меня они беспокоятся – я-то как раз алиби не имею и пропадал непонятно где. Заверив друзей, что обязательно выкручусь, я, наконец, отправляюсь в кабинет Снейпа.

– Профессор Снейп, мне нужно с вами поговорить! – заявляю я с порога.

– Надо же, какое поразительное совпадение, Лонгботтом. Именно за этим я вас сюда и вызвал, – сухо говорит он и кивком головы указывает на кресло, но я остаюсь на месте.

Директора на портретах с любопытством поглядывают на меня, ожидая, что будет дальше. Особенно пристально смотрят Дамблдор и интеллигентного вида волшебник с остроконечной бородкой. Конечно, они все знают, – иначе и быть не может, – но разговаривать в их присутствии мне совсем не хочется, поэтому я неуверенно спрашиваю:

– Сэр, а мы можем поговорить… не здесь?.. Просто… – я снова бросаю взгляд на портреты.

– Вы меня прямо-таки заинтриговали, Лонгботтом. Ну что ж, будь по-вашему, – произносит Снейп с недоброй усмешкой, затем пересекает кабинет и останавливается возле двери, которую я раньше почему-то не замечал.

Впрочем, оно и неудивительно. На первый взгляд это как будто и не дверь – только ее очертания. Если не приглядываться, то и не увидишь. Открыв ее, Снейп жестом предлагает следовать за ним.

Просторная комната, в которой мы оказываемся, напоминает довольно уютную гостиную. Стеллажи с книгами (интересно, он вообще может находиться в помещении, где их нет?), массивный стол, заставленный приборами различного назначения, резные стулья возле него, возле противоположной стены столик поменьше и два удобных и мягких на вид кресла, рядом – широкий диван с высокой спинкой. В камине горит огонь, а в дальнем конце комнаты – несколько ступенек и еще одна дверь, ведущая предположительно в спальню. Вообще, все помещение оформлено в слизеринском стиле, как бы подчеркивая факультетскую принадлежность директора. При Дамблдоре тут, наверное, все было красно-золотым. А сейчас не только обивка дивана и кресел, но и занавески на широких окнах серебристо-зеленые. Сами окна меня поначалу повергают в состояние ступора. Я, конечно, волшебник, но когда в соседних окнах видишь и хижину Хагрида, и озеро, и поле для квиддича, первым делом хочется протереть глаза. Это потом уже становится понятно, что и заклинание не такое уж сложное, и директору нужно видеть все, что происходит на территории школы.

– Лонгботтом, быть может, вы уже скажете, о чем хотели поговорить? – раздраженный голос Снейпа заставляет меня вздрогнуть. – Или начну говорить я.

Я набираю в грудь побольше воздуха. Ну же, давай, Невилл!

– Я знаю, что вы на нашей стороне, сэр!

– Прошу прощения? – он даже в лице не меняется. Вот это выдержка!

– Я знаю, что вы на нашей стороне, – повторяю я. – Правда, знаю.

– Весьма любопытно, – его голос звучит невыразительно, а в глазах – только скука. – И кто вам сказал такую глупость?