На душе стало гадко. Но кто-то очень добрый в доме напротив дернул створку окна и закатное сентябрьское солнце прыгнуло задорным солнечным зайчиком прямо Ковалевой в лицо и жить стало веселее.

– Виктор Андреевич, - Ира загадочно улыбнулась уже уходящему начальству, - а вы, говорят, любитель...

Большой босс замер в нерешительности: Ковалева заигрывает?

– Любитель, - подтвердил шеф, - только чего?

Вместо ответа Ира ноготком подтолкнула монету - та с легким шелестом пролетела по столешнице и ударилась в пластиковую коробочку.

– Это что?
– шепотом переспросил начальник, склоняясь низко-низко над столом и боясь притронуться к денежке.

Шедший мимо кабинета работник отдела рекламы замер в проходе и прикрыл рот рукой. В широко распахнутых глазах читалось: "Какая славная поза! Начальство нагнулось, чтобы воздать должное рабочему-крестьянскому люду!"

Ковалева недобро сверкнула глазами: шел мимо - проходи, не задерживайся.

– Откуда это у тебя такая славная монетка?
– Виктор Андреевич наконец, набрался смелости и аккуратно взял в руки кругляш.

– Подарок, - тут же нашлась Ира.

– Хороший подарок, - протянуло начальство, - хороший...

Шеф замялся, перевел взгляд на подчиненную, затем на другую подчиненную, но так и не закончил предложение.

– Зайди-ка ко мне в кабинет, - и поспешил ретироваться.

Ира, предвкушая незабываемый кураж, шла по пятам босса.

"Нумизмат - это хорошо, - думала Ковалева, мысленно потирая руки, - запрошу три тысячи, как минимум, за каждую."

Аккуратно прикрыв за собою дверь, Ира осталась стоять, ожидая, когда шеф соизволит вернуться на землю.

– Откуда, говоришь, у тебя эта монетка?

Рыжая вжала голову в плечи: от мужчины в дорогом костюме, пошитом на заказ, повеяло холодом подземелья - отвечать перехотелось. Да и просить денег тоже.

– Подарок, - еле слышно произнесла Ира.

– От кого?
– не унимался шеф.

Ковалева, словно испуганная, но бодрящаяся черепаха, высунула голову из панциря:

– От знакомого, - и снова спряталась.

– От близкого?

– Виктор Андреевич, ну, что вы пристали?
– не выдержала напряжения Ира.
– Знакомый, прибыл с Аляски, привез подарки. Вот я и решила похвастаться.

– Контрабанда?
– босс сам подсказал ответ.

Ира кивнула.

– Хороша, - еще раз подтвердил свой вывод шеф и зажал монету в ладони.
– Пять.

– Что пять?

– Даю пять тысяч.

Ковалева фыркнула. Босс скрипнул зубами:

– Пять с половиной.

Ира нервно сглотнула, попятилась назад, но уперлась в двери.

– Наличкой, - пискнула девушка и на всякий случай, прикрыла глаза.

– Договорились.

Виктор Андреевич потянулся за кейсом, водрузил чемодан на стол и открыл крышку. Немного прошуршали бумаги и через мгновенье на столе Ковалева обнаружила аккуратный веер из нескольких бумажек одинаково выкрашенных в цвета зеленой листвы.

Ира не двигалась с места: вот сейчас и следовало бы сказать, что монета-то не одна. И ценность ее от этого резко уменьшается. Но Ира была не в себе от увиденного, язык благополучно был проглочен.

– Ковалева? Жива?

Короткий кивок, больше в знак благодарности за переключение в режим разморозки, и легким движением руки зеленые бумажки превратились в пустое место.

– Ковалева!
– Ира застыла с протянутой к дверной ручке рукой. Пальцы, держащие в руках богатство, свело судорогой.
– А тебе только один подарок привезли?

Ира кивнула, не оборачиваясь.

– Ну, ладно. Иди уже.

И Ира не пошла - побежала. Следовало срочно выкурить успокоительного.

Дома царили тишь да порядок. Медленно заглядывая в каждую комнату по порядку, Ира заранее готовила себя к непредвиденным расходам. Но беспокойство оказалось напрасным - два малознакомых субъекта мирно сидели на кухне и ждали своего пайка.

– Мне надо с вами поговорить, - Ира дрожащими руками выставляла покупки на стол.