– Левретка.

Хрипло звучащая музыка не позволила даме расслышать и она переспросила:

– Еврейская?

Ира прыснула, чем очень оскорбила тетку - та поспешила ретироваться.

– Ира, а где ты таких красавцев откопала?
– Славик недобро косился на примерочные кабинки.

– На дороге нашла, - вздохнула Ковалева.

– Да, ладно!
– блондин игриво толкнул подругу в плечо, Виолетта тявкнула, не поверив.

– Серьезно, Славик, на железнодорожном полотне, - и видя возросшее недоверие, уточнила, - на переезде.

– Ну, знаешь ли, подруга...
– мужчина качнулся на пятках.
– Хорошее на дороге не валяется.

– Дорогой мой друг!
– Ира приобняла блондина за плечи.
– Они очень хорошие. В денежном эквиваленте.

– А, - понимающе протянул мужчина и вновь уставился на копошащихся за ширмой покупателей.
– Ты из тех, кто счастлив лишь в обнимку с денежным мешком.

Ира одарила барыгу благосклонной улыбкой и, обернувшись к кабинкам, схватилась за сердце.

– Мама родная, - выдохнули одновременно друзья детства.

Посмотреть было на что: два иномирянина, вышедшие одновременно, мялись перед зеркалами, кривились, кривлялись, одергивали то тут, то там, выражали недовольство.

У Иры опустились руки - не привыкнуть европейскому человеку к парандже, не поймет житель пустыни расточительства воды северянином.

– Спокойно, - скомандовал Славик, - истерички - это наш профиль!
– и зашагал к колеблющимся.

– Ой, зря, - прошептала Ковалева вслед блондину, но осталась на месте, предвкушая знатное представление.

Славик, ослепляя улыбкой, продефилировал к клиентам, зазывно виляя бедрами. Иномиряне опешили. И ровно через пять минут кривляний продавца схватились за оружие.

– Ковалева!
– визжал блондин, унося ноги от брутальных пришельцев и прячась за спиной Иры.
– Где их воспитывали?

– На Аляске, - рыжая излучала ледяное спокойствие.

Даже на разыгравшееся либидо не обращала внимания.

– Ирра, что это такое?!
– Бертор почти рычал, тыкая пальцем себе в бедро - джинсу украшала модерновая потертость до дыр.

– Розовый - это для леди, - цедил сквозь зубы киллер.

– С этим согласна, - Ира кивнула викингу, - заменить.

Славик обиделся на замечание, но покорно направился за другим фасоном.

– А это - не розовый, Гриттер. Это коралловый.
– Ира провела пальцами по груди киллера, проходя мимо.
– И от него млеют девушки.

– Мне не нужна жена, - поспешил напомнить длинный, отворачиваясь к зеркалу.

Выложив непомерно мизерные деньги за убранство, уставшая троица, груженая тюками, двинулась в сторону Ириного дома.

– Ирра, что это значит?
– киллер остановился у биг-борда, приглашавшего посетить очередную сельхоз выставку.

"Ржится рожь, овес овсится, чечевица чечевится!" - гласила реклама. Ковалева хрюкнула и заулыбалась.

Пооткрывав некоторое время рот в безуспешных попытках объяснить иностранцу значение написанного, Ира оставила попытки и, хихикая, потянула искателей приключений за собой.

Два последних дня рабочей недели прошли в относительном спокойствии: Гриттер довольно быстро освоился на просторах инета, Бертор, развалившись на диване, поглощал информацию о представительницах слабого пола планеты под скучным названием Земля.

Ковалева открылась начальству и сплавила еще пару монет за приличные деньги. Косые взгляды босса Иру мало задевали - в ближайшем будущем девушка собиралась избавиться от гостей.

Пятничные электрички всегда переполнены. И неважно - утренние или ночные. Они всегда забиты под завязку.

Решив, что и одному и другому гостю побывать "в людях" не повредит, Ковалева запланировала поездку к родительнице на поздний вечер.