– Риночка, сладенькая моя! Соскучилась, - не то спросила мама, не то сама созналась.

– Мама, а где студенты?

Ковалева старшая даже бровью не повела на такое проявление неуважения.

– Белобрысенький-то у Светки, а этот длинный опять палками своими махается в саду.

– И опять голышом?
– Ира могла бы и не спрашивать.

Склонившись к содержимому багажника, девушка не заметила приближения объекта обсуждения.

– Ирра, привьеть!

Ковалева подпрыгнула и больно ударилась головой об крышку багажника.

– Твою дивизию! Гриттер!
– слова хулы застряли на выходе.
– Ты научился говорить по-нашему?!

Голый и довольный киллер стоял, улыбаясь.

– Помочь, - не спросил, но сообразил мужчина и выхватил пакеты из машины.

– Молодые отроки столь резвы, - проворковала Любовь Егоровна, глядя вслед иномирянину.

– Опять "Гардемаринов" насмотрелась?
– Ира не упрекала - завидовала: сама бы с удовольствием пересмотрела.

"Вот завтра так и сделаю: кило мороженого, чашка крепкого чая, любимый пледик и любимое кино в кресле в тусклом свете старого торшера", - решила Ковалева-младшая.

Но, так всегда бывает: хочешь, как лучше, получается, как всегда.

Неугомонная вертихвостка и бой-баба Светка-гастрономщица объявилась на пороге дома Ковалевых чуть не с первыми птицами.

– Ирка! Ирка, ты знала?!

Рыжая вобла с ужасом взирала на электронные часы - жуть!

– Светка, ...опа, с ума сошла, - цедила сквозь зубы Ковалева, протирая сонные глаза, - в такую рань... в выходной день...

– Поднимайся, гадина!
– Светка ворвалась в Иринину опочивальню.
– Ты ж знала! Студентов она привезла! Как же! Знала ведь! Знала!

Ковалева все никак не могла прийти в себя, а тут еще и за грудки тягают, тряску почище "Боди-шейпера" устраивают. И за что? За то, что знала что-то, но не сказала...

– Светка, твою дивизию, не тряси! Что я знала?

– Что эти твои студенты не из нашего мира!

– Ша!
– рявкнула Ковалева да так, что Светка зажала себе рот рукой и хлопнулась на ...опу.
– Какого ты орешь, дура ненормальная?

В дверях материализовался Гриттер, за ним - смущенно улыбающийся Бертор.

– Ну, знала, - нарушила тишину Ковалева, выбираясь из-под одеяла и ежась от холодного осеннего дыхания утра.
– Пора топить.

– Кого топить? Меня?!
– Светка вскочила и встала в боевую стойку.

– Тьфу на тебя. Хату топить. Обогреватели включать.

– А, - протянула блондинка, - а я уж подумала, что раз знаю все, то все - в прорубь.

Ира нервно захихикала, за нею подвязалась и подруга, и вскоре вся честная компания веселилась над игрой слов.

Несмотря на затянутое тучами небо и сильные порывы ветра, завтракать решили на улице в беседке: шашлыки, овощи гриль, водка-вино. Выходной, блин!

Выяснилось, что за неделю пребывания в деревне под чутким руководством Ковалевой-старшей да на экологически чистых продуктах, иномиряне мало-мальски выучили язык и теперь могли подсказать, который час, предложить пройтись за угол туда, где стоит колонна идущих на три веселых буквы, посчитать до десяти и сообщить Иркин городской адрес.

– Конспираторы хреновы! Я вам документы привезла.

Как оказалось, параноик Костик успел в кратчайшие сроки раздобыть парочку фальшивых паспортов: один для скандинава Бертора ванн Дальма, второй для бельгийца Гриттера фон Шпильга, а так же фальшивые права, номера социальных страховок, чеки от дантистов и даже эккаунты в социальных сетях. Все это богатство незаметно подложил подруге в сумку прямо перед исчезновением.

Пока мужчины с удивлением рассматривали пластиковые карточки, Светка собиралась с духом и, наконец, решилась:

– Ир, он меня с собой зовет.

– А он рассказал, как там?

– Рассказал, конечно.

– Радужно?

– Да как сказать...

– А как же "с милым рай в шалаше"?

– Ну, вот только разве это...

– Не унывай, подруга, может, не все так плохо.