Он прошел по гостиной мягкой походкой хищника.

— Сыновья и дочери нужны простым смертным. Эти глупцы полагают, что это делает их бессмертными. Теряют время на воспитание себе подобных, думая, что что-то останется после их смерти в этих детях. Они не знают другого бессмертия, кроме этого — бессмертия вечно плодящихся кроликов. Это бессмертие рабов. А я — свободен.

Он посмотрел на Терезу холодным и спокойным взглядом.

— Я практически бессмертен, — сказал он. — Мне нет нужды цепляться за родственные связи. Что тебе нужно от меня, девочка? Силы? Славы? Власти? Галеонов? У меня есть все.

— Мне от вас ничего не нужно, — сказала Тереза. К ней вдруг вернулся голос.

— Тогда я тебя не держу, — пожал плечами Лорд. — Есть только одна вещь, которую я могу для тебя сделать, — сказал он.

Тереза подняла на него взгляд. В его хризолитовой глубине трепетал маленький светлячок надежды.

— Я оставлю тебя в живых.

Он вдруг подошел к ней совсем близко и заглянул в глаза. Ей показалось, что в глубине его карих глаз светится что-то красное.

Тереза презрительно фыркнула. Она больше не боялась этого человека.

— Разве не вы мне эту чертову жизнь когда-то подарили? — с горечью сказала она.

«Приду домой, нарисую красноглазого индюка в белом костюме», — утешила она себя.

— А ты слышала такое выражение: «Я тебя сотворил, я тебя и уничтожу»? — зло хохотнул Лорд. — Если будешь болтать, кто твой отец, ты сама подпишешь себе смертный приговор, детка. Только это сделаю не я. Это сделают мои враги.

Тереза встала. Что-то изменилось в ее лице.

— Я не буду болтать. Жила без вас пятнадцать лет и дальше обойдусь. Того, что мне нужно, — у вас нет.

— Интересно, чего такого у меня нет? — поднял бровь Лорд.

— Сердца, — буркнула Тереза.

Она развернулась, взметнув волосами, и вышла. За ее спиной раздался угрожающий треск. Огромный трехсотлитровый аквариум лопнул, будто по нему ударили невидимым молотком. Экзотические водяные существа упали на пол и забились на ковре, судорожно дергая плавниками и щупальцами.

Лорд Марволо поднял с полу задыхающийся плавучий глаз.

— Надо же. Вся в отца, — хмыкнул он.

*

Ремус Люпин еще больше поседел, заметил Гарри. Но его лицо осталось прежним — улыбчивым и располагающим.

— А ты вырос, Гарри, — он похлопал юношу по плечу.

Гарри вспыхнул. В глубине души он немного переживал, что он невысокого роста.

Он был рад видеть Люпина. Он всегда был ему рад, за исключением полнолуния… Гарри любил в нем его мягкость, дружелюбность, честность и какую-то удивительную тактичность. С ним всегда было легко.

— Я ненадолго к вам, — вздохнул Люпин. — Вот только побеседую с Альбусом и заберу свое зелье у Северуса.

— Жаль, что ненадолго, — огорчился Гарри.

— Могу заскочить к тебе на минутку, — улыбнулся Люпин.

В скором времени они пили чай в комнате Гарри.

— В следующий раз посидим в «Трех метлах», обещаю, — сказал Ремус.

— Нас перестали пускать в Хогсмид, — пожаловался Гарри.

— Это не случайно, Гарри, — вздохнул Люпин. — Я тоже кое-что слышал про Хогсмид. Я знаю, ты, как и я в свое время, любишь нарушать всякие правила, но сейчас не время. Не советую туда ходить.

— Да я и не хожу, — заверил его Гарри.

Он не мог появляться в Хогсмиде с Северусом. Там их слишком многие знали. Большей частью они гуляли в лесу, доходя иногда до лодочной станции возле Хогсмида, но не далее.

Гарри посмотрел на Люпина, мучаясь мыслью, спросить или не спросить.

— Ремус, — начал он и замялся.

— Что, Гарри?

Мальчик вздохнул.

— Я хочу спросить одну вещь. Я знаю, что вы должны это знать. Я спрашиваю не из праздного любопытства, — начал он.

— Ты можешь спросить что хочешь, Гарри. Ты же знаешь, от тебя у меня нет секретов.

— Это касается моего отца, Ремус, — Гарри смотрел на Люпина тревожными блестящими глазами.

— По-моему, я рассказал тебе о нем все, что мог, — улыбнулся Люпин.

— Нет, не все.

Ремус Люпин посмотрел на Гарри с недоумением.

— Что мой отец сделал Северусу Снейпу?

Рука Люпина с чашкой чая зависла в воздухе. Он медленно поставил ее на стол.

Гарри замер. Он знал, что Люпин никогда не станет врать. Даже в благих целях.