— Снейп?

— Согласен с ним.

— И в чем проблема тогда?

— А?

— Связь еще не говорит о том, что вы похожи. Это вина психа, который с какой-то стати решил убить младенца. Твоей-то вины тут нет. Ты ведь не убийца.

— Но могу им стать, — тихий голос, на грани слышимости, но в пустом коридоре даже слишком громкий. Драко тут же насторожился, он просто не мог упустить такую возможность узнать о Поттере больше — ведь кто знает, когда тот еще захочет так откровенничать с ним.

— Ты обо всех этих нелепых статьях о том, что ты — Избранный?

— Они не лишены смысла, — напряжение в голосе.

— Что ты?..

— Извини, но я не могу сказать больше.

— В любом случае, ты не убийца. Даже если тебе придется убить Лорда, то из-за неизбежности. Ведь он хочет тебя убить, это будет просто самозащита, — Драко пожал плечами, не понимая, чего же так опасается гриффиндорец.

— Я хотел убить Беллу. Там, в Отделе Тайн, когда Сириус упал в арку.

— И как, убил?

— Нет, но Круцио у меня получилось.

Неловкое молчание.

— И все равно, ты тогда лишился самого близкого тебе человека, так что, ничего удивительного нет. Если бы на моих глазах убили отца, то я бы всех Бомбардой взорвал, — уверенный голос, даже серые глаза решительно блеснули.

Скептическое хмыканье. Гарри закрыл глаза, ничего не сказав. Минуту он просто наслаждался чужим теплом. Сейчас он понимал, почему Малфой попросил его обнять в тот раз. Так было намного легче справиться с собственными страхами, потому что одиночество отступало, и появлялась иллюзия защищенности.

— Странный ты, Малфой.

— Это ты — странный, Поттер. Даже не представляю, с чего тебе в голову ударили эти нелепые мысли, — Драко не удержался и ласково пригладил лохматые вихры. Гарри лишь резко выдохнул, а потом внезапно потерся щекой о плечо слизеринца. Если бы тот стоял, то непременно упал бы от неожиданности, а так просто опять замер.

— Это все из-за ОХа.

— Чего, прости?

— Отряда Хогвартса.

— Ааа. Это ваша подпольная контора по защите студентов?

— Значит, слизеринцы тоже уже прознали, — тоска в голосе.

— Ну, мы с самого начала предполагали что-то подобное. А что такое?

— Когда Дамблдор узнает об этом, то мне придется несладко.

— С чего бы это? Ты же его любимчик.

— Был. Пока не начал мыслить самостоятельно.

— Зато ты стал любимчиком Снейпа, а это дорого стоит.

Веселое хмыканье.

— И то верно.

— Не жалеешь?

— Нет.

Фырканье.

— Что еще?

— Да нет, просто подумал, что если бы не изменился, то точно никогда бы не посидел в обнимку с Драко Малфоем на полу в подземельях.

— Это хорошо или плохо?

— Без понятия. Только если нас увидят, то неправильно поймут.

— Да кто нас тут может увидеть? Отбой уже давно был.

— Хмм… Дай подумать. Снейп? Или МакГонагалл?

— Ох, Мордред! Если нас увидит Панси, то меня неделю будут мучить насмешками.

— Тогда, думаю, пора заканчивать полуночные посиделки, — Гарри неспешно поднялся, с удивлением понимая, что ему жалко выбираться из заботливых объятий Малфоя. «Дурдом какой-то. Нет, мир определенно сошел с ума».

— Пойдешь к Снейпу? — Драко тоже поднялся. Уходить не хотелось, но надо было. Гарри покачал головой и внезапно улыбнулся.

— Нет, ты уже поднял мне настроение. Спасибо, — и резко развернувшись, пошел обратно в гриффиндорскую башню.

— Поттер!

Юноша остановился и обернулся.

— Если нужна будет помощь — обращайся. И я, и Северус будем рады помочь. Думаю, Панси и Блейз тоже не откажутся.

— Обязательно. Спасибо.

Юноши разошлись по своим спальням. Когда они засыпали, обоих посетила одна и та же мысль: «Что за странная ночь».

* * *

Завтрак в Большом Зале проходил более шумно, чем обычно. Ученики о чем-то перешептывались. Гарри с недоумением поглядывал на них, не понимая, чем вызваны очередные сплетни. Гермиона же хмурилась, она считала, что если они не знают причины, то значит, случилось что-то обязательно плохое. «Неужели мы допустили где-то просчет?». Словно в ответ на ее мысли со своего места поднялся директор. Сразу наступила тишина.

— Дорогие ученики, с прискорбием хочу сообщить, что вчера произошел неприятный случай: профессор Флитвик нашел в одном из пустых классов избитого ученика. К счастью, сейчас состояние его здоровья не вызывает опасений, но повреждения были серьезными.