На этот раз ученики не спешили соглашаться с таким вердиктом. Только через пять минут они со словами «раз Гарри так решил», «если Поттер так хочет», приняли это решение. А юный гриффиндорец в недоумении пытался понять, почему его пожалели. Он просто не понимал логики Поттера.

* * *

— Северус? Зачем ты меня позвал? Что-нибудь случилось с Драко? — Люциус Малфой стремительно вышел из камина, едва дождавшись, пока потухнет зеленое пламя. Выглядел аристократ неважно: он осунулся, исхудал, под глазами залегли тени.

«Я точно отравлю чем-нибудь безобидным эту блохастую псину», — недовольно нахмурился зельевар. Видеть друга таким, было невыносимо. Мужчина устало вздохнул. С каждым днем проблем становилось все больше и больше, а решение их никак не желало находиться.

— Нет, с Драко все в порядке.

— Поттер? — Малфой устроился в кресле у камина, понимая, что разговор будет долгим. К тому же, он осознавал, что общество Северуса ему сейчас тоже необходимо. Некоторое время Люциус успешно игнорировал боль в сердце, полностью погрузившись в дела, укрепляя свои позиции в Министерстве, но мужчина чувствовал, что находится на грани. Еще чуть-чуть , и он не выдержит нервного напряжения. Сейчас аристократ был готов отдать все свои богатства за возможность вновь оказаться в объятиях Бродяги.

— Да. Дамблдор узнал об их организации и нашел повод изолировать Поттера от остальных учеников, — Снейп расположился в соседнем кресле, передавая другу бокал с вином. Тот с благодарным кивком его принял.

— И как Поттер к этому отнесся?

— На удивление спокойно. Мальчишка просто согласился с решением директора и ушел.

— Что думаешь?

— Гарри нужна была эта передышка. Пусть он и нашел способ на время блокировать свое наследие, но, все равно, ему было тяжело все время находиться рядом с таким большим количеством человек.

Аристократ задумчиво кивнул.

— Что-то еще?

— Да. Мне кажется, что в последнее время мальчик стал тяготиться своей ролью лидера.

— Да. Думаю, он еще не готов к подобной ответственности, — вздохнул Люциус, делая первый глоток. Северус покачал головой, задумчиво глядя на пламя.

— Нет, мне кажется, здесь есть что-то еще. Иногда мне казалось, что мальчик боится чего-то …

— Но тебе он об этом ничего не сказал?

Утвердительный кивок. Малфой покачал головой.

— Все-таки этот ребенок так и не научился доверять взрослым. Все норовит проблемы самостоятельно решить.

— Ничего не поделаешь, ведь раньше ему было не на кого положиться, — зельевар горько усмехнулся. Ему было немного обидно, что Гарри не пришел за помощью к нему. Ведь Северусу казалось, что они уже достигли той степени доверия, когда могут доверять друг другу свои страхи.

— Не переживай. Наверное, мальчишка просто не хотел казаться в твоих глазах слабаком. Ведь он почитает тебя, как отца, — Люциус сочувственно похлопал друга по плечу. Тот лишь хмуро кивнул. — Кстати, а ты Драко не пытался расспросить? Может, он знает, что тяготит нашего героя?

— Драко? Мальчишки, конечно, помирились, но не думаю, что они достигли тех отношений, когда можно делиться проблемами, — Северус с сомнением покачал головой. А Люциус лишь усмехнулся. Он по письмам сына уже понял, что тому точно не безразличен Золотой Мальчик, поэтому блондин не удивился бы, что Драко смог с помощью своей наблюдательности и знания слухов понять, что тревожит Гарри.

— Подумай. Он мог что-нибудь слышать, — настаивать Малфой не собирался. Северус лишь кивнул.

— От Блэка нет новостей?

Люциус лишь покачал головой. Внезапно раздался хлопок и перед камином появился старый домовой.

— Кикимер?

— Мистер Малфой, хозяин Сириус приказал передать вам это послание, — эльф почтительно поклонился и передал письмо. Блондин судорожно выдохнул и буквально вырвал послание из цепких пальцев.

— Спасибо, Кикимер, можешь быть свободен, — Северус отослал домовика, понимая, что друг сейчас не в состоянии нормально мыслить — он едва конверт не порвал, пока вынимал из него письмо. Минута прошла в молчании, затем Люциус тихо выдохнул, откинулся на спинку кресла и засмеялся.

— Жив! Этот безумный гриффиндорец жив! — в уголках глаз показались слезы, которые аристократ даже не думал вытирать. Снейп нахмурился и выхватил письмо.

«Люци,

Прости, что не писал. Были дела. Скоро вернусь.

Я нашел способ избавить тебя от страданий.

С любовью, Бродяга».

— Что это означает?

Малфой лишь пожал плечами. Ему было все равно. Главное, что его любимый был жив и здоров, а все остальное не имело никакого значения. Сейчас Люциус был готов простить Блэку все бессонные ночи и потраченные нервы. Ведь тот вернется к нему живой и невредимый, не вляпавшийся ни в какие неприятности. Конечно, блондин устроит сцену и усилит охрану поместья, едва ли не закует Сириуса в цепи, чтобы тот вновь не исчез, но это все будет потом. В данный момент можно было беззаботно смеяться и плакать от радости.