Сириус только усмехнулся, не поддавшись на его подначку.

Вскоре гости начали прощаться и расходиться.

– Желаем тебе большого счастья, дорогая, - мама со слезами на глазах обняла Лили.

– Джеймс, позаботься о ней, - папа положил ему руку на плечо, глядя прямо в глаза, и Джеймс серьезно кивнул, преисполненный готовности заботиться о своей жене и защищать ее.

Лили обняла подруг, обеих сразу, и с улыбкой заметила:

– Ну вот, Марлин, ты у нас последняя осталась.

– Эй, так нечестно! Я еще школу не закончила!
– весело воскликнула она и, бросив взгляд на Сириуса, добавила.
– Но скоро я вас догоню.

Парни о чем-то тихонько говорили, голова к голове, обняв друг друга за плечи. Лили стало любопытно, о чем у них разговор. Но она знала, что сейчас нельзя вмешиваться - бывают моменты, которые должны остаться только между друзьями. Вдруг Ремус повернулся:

– Лили?

Она приблизилась с легкой улыбкой. Какие же они все-таки замечательные - ее мальчики!

– Лили, мы хотели тебе сказать, что за эти годы ты стала для нас настоящей сестрой. Ты - чудесная девушка, именно та единственная, что нужна Джиму. И мы надеемся… нет, мы уверенны, что вы будете очень счастливы.

– Спасибо, мальчики, - у Лили даже слезы выступили от благодарности судьбе за то, что она свела ее с этими людьми, - Я тоже вас очень люблю. Вы - самые лучшие друзья на свете.

– Это точно!
– кивнул Джеймс и мягко притянул ее к себе.

Лили уже привычно уютно устроилась в его объятиях.

– Пока, Сохатый, до встречи, Цветочек, - Сириус хлопнул друга по плечу и чмокнул Лили в щеку.
– Марлин, пойдем, я провожу тебя до дома.

И они первыми исчезли, взявшись за руки. За ними потянулись и остальные и юные молодожены остались одни в своем доме. «Мой дом, - подумала Лили, оглянувшись вокруг, - Нет. Теперь это наш дом». Это раньше могло быть «я» и «ты», отныне есть только «мы».

Глава 45

К великому сожалению Джеймса и Лили времени на медовый месяц не было совсем: дела Ордена не терпели отлагательства. Все чаще им приходилось участвовать в схватках с Пожирателями. Все более жестокими становились эти схватки. Все больше страну охватывала паника. Люди буквально боялись выйти лишний раз на улицу, да и дома уже не чувствовали себя в безопасности. Более того, у Волдеморта постоянно появлялись новые последователи - кто-то шел к нему добровольно, кто-то под действием Империо, и люди уже не знали, кому можно доверять, а кому нет. Имя его стали бояться произносить вслух, словно это может накликать беду, и теперь его называли не иначе как Сам-знаешь-кто. Одни только члены Ордена Феникса по-прежнему называли его Волдемортом.

Но вопреки грозной туче, повисшей над Англией, вопреки постоянному страху за близких, вопреки усталости от бессонных ночей в Ордене, вызовов в любое время дня и ночи и бесконечных сражений - вопреки всему Джеймс был счастлив. Потому что после всех этих сражений, вызовов и орденских заседаний он возвращался в дом, который отныне не был пустым, который был согрет теплом любви, где его жена, его Лили каждый день создавала их мир, который не могла поглотить никакая война.

В один из редких спокойных вечеров мародеры собрались у Поттеров. Они любили приходить сюда всей компанией, когда только бывала возможность. В этом доме отовсюду веяло теплом, уютом и любовью. Здесь можно было хотя бы на пару часов забыть о войне и просто посидеть с друзьями, как когда-то в Хогвартсе, когда они были детьми. С тех пор прошло меньше года, но за эти месяцы они все очень быстро повзрослели и школа уже казалась чем-то невообразимо далеким.

В тот вечер четыре парня и девушка уютно устроились в гостиной - кто на диване, кто в креслах, Сириус и вовсе на подоконнике - своем излюбленном месте в любых комнатах. Рядом с ним расположился пушистый рыженький котенок, которого Джеймс подарил Лили на день рождения и которого, не долго думая, назвали Рыжиком. Лили пыталась его заманить к себе на колени, но он предпочел подоконник.

– Я ему больше нравлюсь, - с широкой улыбкой заявил Сириус, поглаживая котенка по пушистой головке. Тот довольно урчал и жмурился.

– Предатель!
– с улыбкой бросила Лили Рыжику.

– На самом деле, он просто любит подоконники, - мстительно заметил Джеймс.

Сириус только хмыкнул. Они болтали о какой-то ерунде, не имеющей особого смысла и содержания, но удивительным образом успокаивающей и отвлекающей от постоянной тревоги, поселившейся в их сердцах. Лили, уютно устроившаяся в объятиях Джеймса, прислушивалась к ним, с закрытыми глазами и легкой улыбкой на губах. Питер молча потягивал чай, о чем-то задумавшись. Ремус изучал «Ежедневный пророк», при этом успевая время от времени вставлять реплики в разговор друзей. Он взял себе за правило постоянно просматривать газеты, в надежде найти какую-нибудь стоящую информацию, которая могла бы им пригодиться. Обычно страничку светской хроники он пролистывал, поскольку там-то точно ничего дельного обнаружить нельзя. Но в этот раз взгляд зацепился за знакомое имя и, вздрогнув и почти не веря глазам, Ремус принялся читать короткое объявление:

«Второго апреля состоится бракосочетание князя Луиджи Маскини с Элизабет Нортон».

Ремус в ступоре перечитывал эту строчку снова и снова, не в силах поверить своим глазам. Сколько времени он не знал ничего о Лиззи, и думал, что уже смирился с ее таинственным исчезновением, что сумел забыть ее. Но вот одно лишь имя вызвало в душе настоящую бурю самых разнообразных и противоречивых эмоций. Она ведь пропала из его жизни, исчезла, словно растворилась, и вот теперь, когда он почти успокоился, она вновь появляется, только для того, чтобы он узнал, что она выходит замуж. Ремус стиснул газету в руке, едва не разорвав ее.