Утром Малфой проснулся с чувством забытого счастья. Северус тихо сопел рядом, неуловимо напоминая растрепанного первокурсника: во сне его лицо разглаживалось, вечно подозрительные глаза были закрыты, крепко сжатые наяву губы расслаблены и чуть приоткрыты. Люциус умиленно разглядывал любовника, не рискуя его трогать, чтобы не разбудить: он прекрасно помнил, как вскидывается Снейп при малейшем прикосновении, и хотел дать ему отдохнуть. Этой ночью Северус был таким открытым, радостно отвечая на любое желание лорда, и Люциус чувствовал теперь восхищение и нежность. Колкий и язвительный в словах, резкий и злой, сегодня для него Северус был покорен и согласен на все. Люциус немного нервничал, не имея нужного опыта, но Снейп незаметно и заботливо направлял его, помогая, показывая, двигаясь сам, увлекая за собой Люциуса, и в конце концов у них все получилось настолько хорошо, что, казалось они оба вместе уже долгое время.

Сейчас, вспоминая, Люциус задумался: еще несколько месяцев назад он был уверен, что Северус не имеет никакого опыта, теперь же это было не так: по прежнему чувствовалось, что опыта у Северуса немного, но кто-то же учил его тому, что Малфой узнал только сегодня ночью, и лорда начал мучить вопрос: кто был тем, кем мечтал стать, но не стал он сам? Спрашивать у Северуса Малфой не хотел: слышать у себя в спальне имя Лорда было бы унизительно.

Люциус вздохнул. Что ж, он получил свой приз, и он удержит его столько, сколько возможно, и если для этого нужно будет молчать и терпеть Лорда, он будет это делать. Северус имеет право распоряжаться своей жизнью, главное, чтобы он оставался рядом. Малфой был готов играть роль тайного любовника, прекрасно сознавая уязвимость своего положения: он мог многое предложить своему избраннику, но если Северуса интересовала власть - у Лорда не было конкурентов. Безусловно, Снейп это понимает, и то, что он все же решил оказать внимание Люциусу, стоило расценивать, как жест доверия. А впрочем, мотивы Северуса интересовали лорда гораздо меньше, чем сам Северус, а он лежал сейчас в его постели, и Малфой постарается сделать так, чтобы это стало приятной привычкой.

Северус открыл глаза, на мгновение напрягся и тут же расслабился, улыбнувшись:

– Доброе утро, ваша светлость?

Фраза прозвучала, как вопрос и Люциус ответил, улыбаясь:

– Доброе утро, мистер Снейп.

Северус нахмурился, но Малфой не дал ему вооружиться:

– Тебе не кажется, что пора все же запомнить, как меня зовут? Если я еще раз услышу в постели «мой лорд», даже твои зелья не смогут вернуть мне мужскую силу.

– Хорошо, я буду внимательней, мой лорд.
– пообещал Снейп, пряча довольную улыбку.

– Тогда я буду звать тебя «мистер Снейп». И вообще, я, помнится, уже просил тебя об этом, но за несколько лет ты назвал меня по имени всего пару раз, из них один - будучи без сознания. А мне нравится мое имя, а уж когда его произносишь ты…

Свою просьбу его светлость подкрепил весомыми аргументами и очень скоро услышал собственное имя, произносимое настолько искушающе, что просто не смог устоять.

Они отдыхали, когда в комнате с негромким хлопком появился домовик.

– Хозяйка просила передать, что ждет хозяина и его гостя к завтраку.

Малфой кивнул и эльф исчез, причитая что-то про «бедную хозяйку», а Люциус обернулся к напрягшемуся Снейпу.

– И что прикажет ваша светлость? Мне изображать комнатную собачку и подавать голос по приказу? Еще я могу носить сумочку вашей леди и отгонять от нее пчел.

– Знаешь, Северус, тебя с твоим характером просто нельзя подпускать к беременным женщинам. И что тебя заставило думать, что я чего-то требую?

Снейп сморгнул и слегка расслабился.

– Мне пора идти.
– неуверенно сказал он.

– Конечно. Если захочешь увидеться снова - напиши.

– То есть, вы еще не разочаровались?
– Язва!

– Северус, уверяю тебя - ты совершенно очарователен, особенно, когда лежишь в постели неодетым. Я бы и вовсе тебя никуда не отпускал, но боюсь, ты сочтешь это принуждением.

Люциус поднялся, не заботясь о том, что обнажен, и потянулся за халатом. За его спиной слышалось шуршание: Снейп поспешно одевался.

– И куда ты сейчас?
– не оборачиваясь, чтобы не смущать, поинтересовался Малфой.

– Домой, и в Хогвардс, за рекомендацией.

– Кстати, - как можно небрежнее спросил Люциус, - а где ты живешь?

– Вам там не понравится, ваша светлость.

Люциус вздрогнул от неожиданности: Снейп подошел совершенно неслышно и стоял теперь за его спиной.

– Бедный маггловский район, убожество, как и полагается полукровке. Ничего интересного.

Малфой чуть качнулся назад, и Северус притянул его вплотную, обнимая.

– Ты еще придешь?
– спросил Люциус.

– Если сиятельный лорд желает…

– Желает.
– подтвердил сиятельный лорд.

– Я напишу вам.

Снейп убрал волосы Малфоя в сторону и тихонько поцеловал его в шею.

– Прощайте.

Проводив любовника взглядом, Люциус коснулся шеи: легкий поцелуй горел, как клеймо, но эта метка была желанной.

– До свидания.

Дни полетели, незаметно сменяя друг друга. Северус поступил в Академию причем, не пользуясь связями Малфоя. Его взяли сразу на второй курс, и теперь он был вечно занят. Лорду постоянно нужны были деньги, и Люциус вертелся, как проклятый, заключая по три сделки в день. Они почти не встречались. После их первой ночи Люциус честно ждал, не решаясь давить и не показывая своего нетерпения, Северус же молчал довольно долго. Встречаясь у Лорда они раскланивались и расходились в стороны, пока терпение Малфоя не лопнуло и он не прижал своего подопечного в темном коридоре.