Не зная, что сказать, Люциус молча мял замершего Снейпа, чувствуя его возбуждение и забыв о риске и осторожности. Когда он уже был готов начать раздевать его прямо у стены, Снейп, наконец, очнулся и очень вежливо произнес:

– Ну, если ваша светлость так настаивает…

До камина Снейп протащил его за собой почти волоком, втолкнул внутрь и, вцепившись в мантию, произнес:

– Дырявый котел.

Выбравшись из камина, мальчишка пихнул лорда в темный угол, заказал номер и поднялся по лестнице наверх. Малфой последовал за ним, радуясь, что трактир почти пуст и на него никто не обращает внимания. В коридоре лорд остановился, недоумевая, в какую комнату ему стучать, и тут одна из дверей приоткрылась и сиятельного лорда втянули внутрь. Запирающее заклятье лишило Люциуса возможности бегства, но он не огорчился: Малфои всегда встречали опасность лицом к лицу, и, поступив согласно заветам предков, лорд принял бой и одержал победу.

После битвы в трактире они стали видеться регулярно, но Северус не любил бывать в Малфой-Меноре, и не приглашал к себе, а в трактирах и гостиницах легко было встретить знакомых, и Люциус решил озаботиться местом для встреч. У семьи Малфой было немало недвижимости, однако об одном адресе не знали ни помощники, ни Лорд, ни даже Нарцисса. Квартира в маггловском районе Лондона была оборудована камином, имела аппарационную площадку, допускающую только хозяина, и была защищена немыслимым количеством охранных заклинаний. Спасительная гавань. Нора. На очень - очень черный день. Северус получил портключ и был внесен в охранные чары - единственный кроме самого Люциуса, и тот удивился, когда понял, что мальчишка это разглядел. Прибыв в гости в первый раз, Снейп долго любовался вязью разнообразных чар, потом перевел взгляд на хозяина дома и улыбнулся как в детстве, восхищенно и доверчиво:

– Благодарю за честь, мой лорд, уверяю - я оценил.

– Неужели, мой хороший?
– усмехнулся лорд.

– Желаете проверить?

– Если несложно.

– Не сложнее ваших заклинаний, я полагаю.

Люциус и не думал отказываться: восхищение и лесть по-прежнему действовали на сиятельного лорда воодушевляюще.

25 глава

На людях они поддерживали ровные, чуть неприязненные отношения, и на вопросы Лорда Люциус честно отвечал, что его подопечный дерзок, неуважителен и удручающе плохо воспитан. Волдеморт в ответ на жалобы Люциуса только смеялся. Впрочем, общение с лордом явно шло Снейпу на пользу: он перестал сутулиться и перенял у Нарциссы манеру говорить гадости так, словно говорил комплименты. Иногда Люциусу казалось, что он подчиняется хитроумному плану Лорда и готовит себе замену, а может быть Волдеморту хотелось, чтобы его новый избранник достойно выглядел рядом с ним? Несмотря на то, что Северус являлся по первому зову, и никогда не отказывал Малфою, Люциус с удивлением обнаружил, что ревнует. На собраниях, глядя, как ласково улыбается Снейпу Лорд, как бережно придерживает за локоть и провожает взглядом, Малфой чувствовал злость, которую, к счастью, не приходилось скрывать. Соратники, почуяв сильного соперника, затихли в ожидании развязки, Лорд, же совсем перестал обращать внимание на Малфоя, и ежедневно вызывал к себе Северуса. Тот отправлялся на вызов часто даже из квартиры Люциуса, совершенно спокойно, приняв равнодушный вид и вежливо попрощавшись, а Люциус оставался со своими переживаниями, которых не мог и не хотел ему показывать.

Однажды вызов застал его прямо в постели. Люциус ничего не понял, и только, отодвинувшись от любовника, заметил, что тот бледен и кусает губы. Сначала он решил, что сделал что-то не так, но когда Снейп начал лихорадочно собираться, едва двигая рукой, догадался и от испуга разозлился:

– Почему ты молчал?

– Зачем портить удовольствие нам обоим?
– пожал плечами Северус и, кивнув на прощание, сжал в ладони портключ.

Люциус, придя в себя, подскочил на кровати. Если Волдеморт захочет Северуса сейчас, он сразу поймет, что тот был с кем-то еще: слишком мало времени, все будет очевидно… Кинувшись к камину, он вызвал Беллу и потребовал:

– Белл, мне необходимо попасть к вам!

Белла помолчала.

– Люци, Лорд не вызывал тебя. Не думаю, что он обрадуется, если ты явишься: он занят с твоим любезным какими-то секретами. Они закрылись в кабинете…

Этого Люциус уже не мог вынести:

– Белл, мне нужно увидеться с тобой, срочно!

– Вот в чем дело… - Белла задумалась и твердо ответила:

– Нет. Люци, сиди дома и не вздумай появляться здесь. Ты только испортишь все и твоему красавцу попадет вместе с тобой.

– Белл, Лорда надо отвлечь!

– Чем? Снова начнешь раздеваться? Приди в себя! Когда я уходила, они мирно обсуждали зелья. Люци, ты знал, на что идешь, так к чему такие драмы сейчас? Твой любимчик не возражает, тебе он, насколько я поняла, тоже не отказывает - просто корми его получше и давай высыпаться. В общем, на сегодня я закрываю от тебя камины и аппарацию. Удели пока внимание жене. Прощай, братик!

Грязно выругавшись, лорд Малфой, швырнул в камин попавшую под руку вазу, и, вместо того, чтобы последовать совету свояченицы, просто напился.

Поздно ночью, почувствовав, что его раздевают и укладывают в кровать, Люциус открыл глаза и всмотрелся: Северус выглядел усталым и бледным, но никаких признаков недовольства Лорда не наблюдалось. Счастливо вздохнув, Малфой свалился в подушки и заснул тяжелым похмельным сном.

Жизнь продолжалась. Белла злилась, в глаза называя зельевара: «Мистер Снейп - наша новая знаменитость», Крауч-старший не смог стать министром, проиграв на выборах Корнелиусу Фаджу, и Барти исчез. Люциус читал в «Пророке» пару статей о том, что сын главного Аврора дебоширит в пьяном виде на улицах, и только вздыхал: этого и следовало ожидать. И, как ни грустно - мистер Снейп постепенно стал единственным фаворитом.

Люциус помнил о своем обещании не лезть в жизнь любовника, но все чаще, любуясь, как изгибается и стонет под ним Северус, он ловил себя на мысли: а с Лордом он так же открыт и готов на все? Так же жадно подставляет свое тело под поцелуи? Так же нетерпеливо стонет в предчувствии финала? Так же благодарно обнимает, целуя и перебирая волосы, пока не прекратится дрожь и руки бессильно не упадут? Засыпают ли они рядом? Или Снейп так же спокойно встает, приводит себя в порядок, надевает равнодушную маску и отправляется к нему? Вопросы сводили с ума, и Люциус, не замечая, стал вести себя жестко, даже жестоко, не в силах простить любовнику своего беспокойства. Первый раз Снейп стерпел, но когда Малфой в следующий раз ворвался в него грубо, почти без подготовки, он резко открыл глаза, и, чуть задыхаясь от боли, внимательно посмотрел на лорда. Люциус с ужасом понял, что ему невыносимо хочется ударить, заставить отвернуться, чтобы Снейп не смотрел на него так открыто и понимающе.