– Но со мной всё в порядке.

– Это меня и пугает. Сила может выплеснуться в любой момент. А вы пока не готовы справиться с ней. Возьмите всё, что вам нужно, и приходите в мой кабинет.

Голос Снэйпа звучал абсолютно бесстрастно, но у Гарри почему-то мороз прошёл по коже.

– Да, профессор.

– Поторопитесь. И попрошу вас не пить сегодня. Да, Поттер, не делайте такого удивлённого лица. Я знаю, что вы пьёте больше, чем это позволительно юноше вашего возраста. Так что настоятельно прошу вас впредь воздерживаться от потребления алкоголя. Вы должны находиться в трезвом уме. Насколько это, конечно, возможно в вашем случае.

– Да, сэр, - чуть слышно отозвался Гарри.

Снэйп отправился к себе, а гриффиндорец на негнущихся ногах побрёл в свою комнату. Для одного дня событий и так было больше, чем достаточно. А теперь ещё ночевать в комнате Снэйпа. Ерунда, казалось бы. Они даже на одной постели спали. Но всё-таки...

Гриффиндорец закурил и присел на кровать. Мысли в голове путались. Организм требовал ежевечерней порции алкоголя. «Нельзя. Чёрт возьми. Да ладно, какой вред будет от пары глотков... Нет. Ну хотя бы один глоток... НЕТ». Гарри закурил вторую сигарету и решительно поднялся. «Нет - значит нет. Я слишком много пью. Снэйп прав. На этот раз - прав...» Гарри достал из комода пижаму, чистое полотенце, сходил в ванную за зубной щёткой и пастой. Кажется, всё...

«Стоит мне получить кого-нибудь, как я тут же теряю всякий интерес к этому человеку. Я больше не хочу его. Мне нравится быть с ним, но я больше не хочу его». Гарри задумался. Кажется, он понял, что имел в виду Малфой. И это было даже хорошо. Влечение рано или поздно прошло бы, и всё закончилось. А раз так... Похоже, у него появился друг.

Гарри закрыл за собой портал и отправился к Снэйпу.

~* ~

– А, Гарри.

– Рем.

Гриффиндорец прикрыл за собой дверь и остановился, прижимая к груди свёрток с пижамой.

Оборотень сидел в одном из кресел с дымящимся кубком в руках. Снэйпа в кабинете не было.

– Как ты себя чувствуешь?

– Да так, - по разлитому в воздухе горьковатому запаху Гарри определил, что у Люпина в кубке какое-то зелье.
– Что это?

– Если пить это каждый день в течение всего месяца, то к полнолунию в организме наберётся достаточно лекарства, и я смогу заснуть. Это новый рецепт.

– А разве не проще пить зелье перед полнолунием? Как раньше?
– Гарри подошёл поближе и заглянул в кубок.
– Ведь всё равно действует одинаково.

– Не совсем. Я чувствую себя намного лучше, когда принимаю его небольшими порциями. Все эти компоненты не очень хорошо усваиваются. Желудок, знаешь ли...

– Рем...
– Гарри нерешительно посмотрел на Люпина.
– А какое оно на вкус?

Оборотень улыбнулся.

– Очень горькое.

– Ясно.

– Ты ещё не выпил?
– Снэйп появился в кабинете как из-под земли.
– Люпин, сколько лет, и всё одно и тоже! Ты ведь знаешь, что его надо принимать, пока не остыло!

– Ну помилосердствуй, Северус, это невозможно пить горячим!
– Рем поднёс кубок к губам и зажмурился.
– Оййй...

– Пей, и хватит уже, - голос Снэйпа прозвучал неожиданно устало.
– Давно пора привыкнуть.

– К такому?! Ты издеваешься, - Рем допил последнюю каплю, и его передёрнуло.
– Почему ты до сих пор ничего не придумал? Чтобы оно не было таким противным?

– Это лекарство, Люпин, а лекарства не должны быть приятными на вкус. Какие известия от Блэка?

Гарри вопросительно посмотрел на Рема. Тот пожал плечами.

– Ты же переписываешься с его врачом. Сириус не сообщил мне ничего нового.

Снэйп поднял бровь, и оборотень достал из кармана письмо:

– Вот. Если ты мне не веришь.

Снэйп взял сложенный вчетверо пергамент и обратился к Гарри:

– Идите в комнату, Поттер, и готовьтесь ко сну. Я к вам зайду.

– Но...
– гриффиндорец обернулся к Рему.
– Я...

– Иди, Гарри, - мягко отозвался Люпин.
– Спокойной ночи.

Гарри оскорблённо засопел и пошёл в комнату. «Можно подумать. Какие тайны. Получается, я не имею права знать, что происходит с собственным крёстным... И вообще. Рем получает от Сириуса письма, Снэйп тоже в курсе его дел, вон, переписывается с врачом... А я? Почему Сириус не пишет мне? Ведь это нечестно».