– Значит, Снэйп тоже...

– Профессор Снэйп, Гарри, - привычно поправил директор, и Гарри почему-то покраснел.

В этот момент раздался колокол к ужину. Мирно дремавший феникс недовольно завозился на своей жёрдочке.

– Мерлин, как поздно, - Дамблдор посмотрел на полные сладостей блюда.
– Ну вот, Северус наверняка будет недоволен, что я перебил тебе аппетит всем этим.

– Ну что вы, - Гарри вдруг с удивлением понял, что голоден.
– Наверное, я слишком волновался во время игры. С удовольствием съел бы что-нибудь.

Дамблдор бросил на него странный взгляд и поднялся из-за стола.

– Кажется, сегодня на ужин жаркое. Тебе надо поторопиться, пока еда не остыла.

Гарри подумал, что готов проглотить даже холодную манную кашу тёти Петунии. «Ничего себе. Что это со мной?!»

– А вы пойдёте ужинать, сэр?

– К сожалению, нет. Должен прямо сейчас возвращаться в Лондон. Не беспокойся, не по твоему вопросу. Просто дела Министерства. Видишь ли, Гарри, я уже больше министр, чем директор. Так дальше продолжаться не может. Каждый должен заниматься своим делом, правда?

Гарри неуверенно улыбнулся в ответ.

– Я слышал, что вы с Драко Малфоем, наконец, поладили?

Гриффиндорец вспыхнул, но тут же взял себя в руки и спросил как можно равнодушнее:

– Это Снэйп... Профессор Снэйп вам сказал?

– Северус?
– удивлённо переспросил Дамблдор.
– Нет. Я говорил с Люпином.

– С Люпином? А-а-а, ну да, - пробормотал Гарри с некоторым облегчением.
– Наверное, мы с Драко просто переросли свою вражду...

– Я рад в любом случае, - спокойно сказал директор.
– Ну, увидимся.

– Да, сэр. Спасибо, - Гарри обернулся у самой двери.
– Профессор Дамблдор...
– он запнулся.

– Ну, не стесняйся. Говори как есть, - подбодрил директор.

– Вы... Ну... Вы же сказали, что мне разрешили летать...

Дамблдор улыбнулся.

– Конечно. Я попрошу эльфов забрать твою метлу из хранилища. Завтра сможешь взять её у профессора МакГонагалл.

Гарри никак не ожидал, что разговор с Дамблдором закончится подобным образом. Гриффиндорец был уверен - директор станет задавать какие-нибудь вопросы о его самочувствии, будет спрашивать про силу и про другие страшные вещи. Но ничего подобного не было. Странно, но он решил, что обдумает всё позже. Для начала надо поесть. Гарри уже забыл, каково это - быть голодным. Наверное, голод - самое прекрасное чувство на свете.

Ужин оказался удивительно вкусным. И вообще, жизнь не так ужасна, как представлялось час назад. И раз Снэйп говорит, что всё в порядке, и ничего страшного не произошло... А Драко к ужину не вышел. Надо будет разыскать Рема и попросить его открыть комнату Малфоя.

Вспомнив о Драко, Гарри снова ощутил смутное беспокойство. «Что с ним произошло? Ведь всё было... Хорошо? Просто тебе хотелось так думать. А всё осталось по-прежнему. Кроме... Снэйпа. Снэйп... А ведь получается, что он содержал меня целых семь лет. Оплачивал учёбу и всё остальное... Но почему мне никогда не говорили об этом? Клятва моей маме. Непонятно всё-таки - какие у них были отношения. Если мама убежала с Джеймсом, то... Получается, что Снэйп общался с ней уже после того, как я родился? Господи, ну почему от меня скрывают это? Разве я не имею права знать?»

– Послушай... Э-э-э... Гарри.

Гриффиндорец поднял голову и увидел Панси Паркинсон.

– Я хотела спросить...

Гарри, стараясь не показывать изумления, предложил девушке присесть.

Собственно, он и не думал даже, что Панси согласится сесть за гриффиндорский стол, но она приняла приглашение.

– Ты видел сегодня Драко?
– спросила Панси. Лицо у неё было как у Ледяной девы - красивое и холодное. Но Гарри подозревал, что удерживать эту маску стоит девушке большого труда - она была всерьёз чем-то обеспокоена, раз уж решилась подойти к нему при всех и даже села рядом.

– Видел, - осторожно ответил Гарри.

Девушка бросила на него короткий взгляд и опустила глаза. И Гарри подумалось, что если бы Панси с Драко всё-таки поженились, то это была бы чертовски красивая пара. Может быть даже ещё красивее, чем Нарцисса и Люциус.

– И... как он?
– в голосе Панси звенело напряжение.

– Не знаю. Он сказал, что лучше.

– Он всегда так говорит, - слизеринка достала из кармана небольшой конверт и нерешительно повертела его в изящных наманикюренных пальчиках.
– Я знаю, теперь он... С тобой.

Гарри поспешил отвести глаза и пробормотал:

– Ну да, в некотором роде.

– Родители настояли на том, чтобы я порвала с ним. Я этого не хотела. Он мне очень нравился.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Не знаю. Я не знаю. Но теперь всё изменилось... Ведь сейчас всё иначе... Понимаешь?

– Нет, - удивлённо ответил Гарри.

Панси нахмурилась. Надо признать, такое выражение лица шло ей бесподобно. Наверное, в неё даже можно было влюбиться. Интересно, а Драко её любил? В любом случае, они нравились друг другу. В прошлом году, объявляя о своей помолвке, они выглядели... Пожалуй, счастливыми. Сыграть такое невозможно. А потом начался весь этот кошмар. Да, наверное, стоило посочувствовать Панси. Гарри очень хорошо понимал, что она испытывала, когда ей пришлось отказаться от своего жениха.