– Не, она не в моем вкусе, – попытался отшутиться Соколов.

– А Лерка в твоем? – насмешливо спросил Иван.

– Да что вы привязались?! – кажется, Глеб покраснел. – Я, что ли, виноват, что мне все время такие места достаются?! Ты лучше расскажи, как на базу попала, – обратился он к девушке, несколько неуклюже попытавшись сменить тему разговора.

– Стреляли… – бросила Лера.

– Не, серьезно, ты ж, вроде, говорила, плавать не умеешь? – поддержал друга Голицын.

– Нашла там, на набережной, старый спасательный круг, – ответила девушка. На нем и доплыла… Думаете, весело было стоять там одной в темноте, да еще с этой вашей штуковиной в руках! – она изобразила, словно сжимает в ладони пистолет. – В общем, не выдержала, решила идти к вам, подумала, может, пригожусь…

– Пригодилась – не то слово! – усмехнулся Иван. – Ты нам просто жизнь спасла!

– Похоже, это уже понемногу входит у меня в привычку, – почти без кокетства заметила Лера.

– А в лифт ты как спустилась? – задал вопрос Глеб.

– Лифт? Там не лифт, там дыра была такая прямоугольная… Как спустилась, как спустилась – по веревке, которая к моему кругу была привязана. Едва не звезданулась, кстати! А там метров десять было… А потом просто на свет пошла – там лестница. Длинная, зараза… Пока поднялась, смотрю: а у вас там жмурки-пряталки в разгаре… Что это за тип был, кстати?

– Нард-кор Нивг, – ответил Иван. – Альгерд, преподаватель из Школы.

– И по совместительству – шпион Ранолы, – хмуро добавил Глеб.

– Шпион?! – Голицын удивленно посмотрел на друга. – Так ты что, поверил в эти его россказни на счет провокации Ранолы?

– Да, – кивнул Соколов. – Полагаю, так все и было. Наконец-то, все сходится.

– И агентом Ранолы в Школе был сам Нивг?

– Выходит, что так.

– Но… Но зачем же он тогда все это нам рассказал?! – воскликнул Иван.

– Похоже, считал это самоочевидным. Может, думал, что мы и сами уже догадались…

– Да, вроде он что-то там такое говорил… – протянул Голицын. – А ты… когда ты понял, что он… ну, в смысле, что он шпион?

– Да я так до самого конца и не понимал. Я, как и ты, скушал его сказочку на счет Доола с Флоем. Я на Доола, кстати, подумал: Флой – он какой-то уж больно штатский… А потом к ящику нагибаюсь, краем глаза вижу: он дернулся. Поднимаю глаза: бластер. Дальше все на автомате – спасибо аншу Жиы… Эх, руку зацепил, гад!

– Через сутки отойдет, – попытался утешить его Голицын.

– Да знаю я… Все равно неприятно.

– Да уж, приятного мало…

– Слушай, а на счет опорной базы – тоже, значит, правда? – вымолвил Иван.

– Не знаю… – Глеб, похоже, попытался пожать плечами, но лишь толкнул в бок накрепко спеленутую с ним Леру. Та недовольно скривилась. – Наверное, правда…

– И что же нам делать?

– А фиг его знает! Мы живы и мы на свободе – это пока главное. И еще у нас теперь есть «Эсмеральда». Придумаем что-нибудь…

– Придумаем что-нибудь… – повторил за другом Голицын. От переизбытка уверенности голос его при этом явно не страдал.

Опустившись на песок пляжа, Глеб протянул Ивану и Лере по запотевшей банке светлого черниговского пива.

– Открой, – попросила девушка.

Соколов отставил свою банку и с легким хлопком откупорил лерину.

– Спасибо, – кивнула девушка и, перевернувшись на живот, отхлебнула ледяную янтарную жидкость.

В этот ранний час народу на пляже было еще не очень много: основная масса отдыхающих обычно подтягивалась на машинах из Севастополя часам к одиннадцати. Пока же солнечные ванны принимали лишь те, кто, как и наши друзья, оставался на берегу ночевать.

Их ярко-синяя трехместная палатка, весьма дешево приобретенная по наводке Глеба в каком-то поселковом магазинчике, стояла метрах в пятидесяти от ласкового, теплого моря, по соседству еще с тремя или четырьмя подобными. Днем на пляже продавались еда и напитки, вечером в расположенном невдалеке пансионате можно было принять душ – иногда даже бесплатно; в общем, для объявленных в своей стране вне закона злодеев-террористов Иван, Глеб и Лера чувствовали себя довольно-таки неплохо.

Впрочем, иначе, наверное, и быть не могло. Туристы в Крыму – что священные коровы в Индии.

– Пойду окунусь, – проговорила девушка, поднимаясь с песка. Не ней был бело-красный, довольно открытый купальник, и за неполные две недели, что они провели на этом берегу, Лера уже успела вполне прилично загореть. – Кто со мной?

– Я! – тут же вызвался Соколов.

– Сегодня твоя очередь идти за газетами! – напомнил ему Голицын.

За свежей прессой, из которой они черпали сведения о происходящем в мире, надо было топать несколько километров в расположенный на горе поселок.