Она покачала головой.

— Лучше идеи есть? — вежливо спросил Кэндлесс.

Их не было, но она не хотела в этом признаваться. Они так и сидели в рубке, под писк и свист радаров, когда капитан Кэндлесс приказал держать курс на Брайт Сэндз Бич. Выяснив, что ветер для высотного паруса подходящий, он отдал приказ, и корабль содрогнулся, когда пушка Баккела выстрелила.

Ее снаряд, туго свернутый парус, привязанный к кораблю паутинкой моноволоконного троса, взметнулся в небо и развернулся. Красный с золотом парус засверкал в небе цветами «Патель Глобал». «Бесстрашный» задрожал и начал набирать скорость, подымаясь над волнами на подводных крыльях. Нижние паруса свернули, и Гвоздарь внезапно ощутил лицом ветер. До этого он его не замечал, а теперь ветер стал очень сильным.

— Внизу ветра намного медленнее, чем там, наверху, — объяснил капитан. — До этого мы шли вместе с ветром, и ты его почти не чувствовал. А теперь мы идем быстрее него.

Поверхность океана неслась под корпусом корабля. Гвоздарь глянул вниз. Сверкающие волны слились в сплошной поток, в котором уже ничего нельзя было разобрать.

— Пятьдесят два узла, — удовлетворенно сказал капитан.

Позади них «Полярная звезда» тоже выстрелила высотные паруса. Грохот разнесся над водой.

— Если нам повезет, — сказал капитан, глядя, как летит вверх свернутый парус, — они у них перепутаются, и мы от них оторвемся. Чертовски сложно сразу поймать ветер. Когда поймал, все отлично, но поймать очень сложно.

Но паруса «Полярной звезды» поймали ветер и развернулись. В окуляре дальномера «Бесстрашного» они увидели, как корабль поднялся над водой на подводных крыльях и хищно заскользил вперед.

— А почему они просто не прострелят паруса нам? — спросил Гвоздарь.

— Они могут. Если подойдут на милю, то могут поджечь его химическим снарядом.

— А нас поджечь точно так же они не могут? А потопить?

Капитан переглянулся с Рейнольдс.

— Чавес жадная. Если она сможет взять нас в плен, то выставит пиратами. А если повредит корабль или потопит, то денег не получит.

Два корабля рассекали океан. Иногда казалось, что «Бесстрашный» немного оторвался, но, поглядев еще раз, Гвоздарь убеждался, что серый корабль на горизонте стал еще немного ближе. Поежился, глядя на другой клипер, который охотился на них, как акула.

Капитан снова показал на карту.

— Если Гвоздарь прав, сможем проскользнуть мимо этих Зубов здесь, а со стороны это даже будет выглядеть, будто мы хотим спрятаться.

— Если он прав, — подчеркнула Рейнольдс.

— Все правда, — настойчиво сказал Гвоздарь. — Я эти воды знаю.

— Даже ходил на лодке?

Гвоздарь задумался. Очень хотелось сказать, что да, ходил, знает, где тут что. Что знает, что прав.

— Нет, — признался он. — Но я хорошо знаю места у Зубов. Был там и в отлив.

Показал на цифры на карте.

— Если карты правильно показывают прежние глубины, то в прилив мы можем пройти тут, поперек. Вот тут.

Он показал на край острова.

— Между островом и Зубами есть просвет.

— Хорошенькое место, чтобы потонуть, — сказала Рейнольдс. — Прилив начнется, когда уже стемнеет, так что ориентиры на берегу ты не увидишь, а погрешность GPS может и не дать нам понять, что идем неправильно, пока не наденемся на старый железный штырь, намертво.

— Я знаю, где они, — угрюмо сказал Гвоздарь. — Знаю, где просвет.

— Да ну? В темноте увидишь? При свете луны? Когда не будет шанса попытаться еще раз?

— Оставь парня в покое, — сказал капитан.

Гвоздарь гневно поглядел на нее.

— У тебя есть идеи получше? Ведь и так, и так погибнем? Что остается делать? Сдаться? Позволить им назвать вас пиратами и вздернуть?

Гвоздарь скривился.

— Какие вы неженки, богачи. Боитесь играть наудачу даже тогда, когда уже все равно помирать.

Корабль дернулся. Все выставили руки, хватаясь за что-нибудь, чтобы удержать равновесие. Кэндлесс и Рейнольдс переглянулись. Всю вторую половину дня волнение усиливалось. Теперь, выйдя на палубу, они увидели, что уже почти штормит. Большинство волн «Бесстрашный» проходил поверху, за счет подводных крыльев, но они становились все выше, и нос корабля начал задевать пенные гребни. Кэндлесс поглядел на высотные паруса, летящие под сгущающимися тучами.

— Недолго нам еще идти на крыльях. Не при таком волнении.