– Конечно-конечно, ты только напомни мне,- и добавила с тревогой:- Как бы наши мужики до вечера не опьянели!

А мужики во дворе для приличия и по-деревенскому обычаю поспорили из-за какой-то ерунды, выпили еще и заговорили о вещах уже более серьезных.

– Молодец, Артем, уважаю,- говорил Илья Васильевич.- Ты жизнь в свои руки взял! И жена у тебя серьезная девушка. Другая бы на сестренку рукой махнула и жила в свое удовольствие. Знаем мы этих городских!

– Тут ты не прав, дядя Илья,- покачал головой Артем.- В городе всяких людей хватает. Есть бездельники, наркоманы и пьяницы, захребетники всякие. А остальные работают!

– Ну да,- уже слегка язвительно кивнул Илья Васильевич.- Жизнь так устроена.

– А куда от этого денешься? Так и устроена.

– Эх, Тёмка – Тёмка! Все на деньги перевели, вот и дичает народ: если все можно купить, значит, все можно и продать. Отсюда и воровство, и безалаберность! Бензин дорожает? Дорожает! Начальство ворует? Ворует! А мы сколько бы ни кажилились, жить лучше отцов и дедов все равно не будем. Да ну их к лешему!.. Я насчет Васьки с тобой потолковать хотел. Парень в армии отслужил. Женихаться уже начал. Но молодому парню что сейчас в деревне делать? Помог бы ты ему в городе пристроиться.

– Понял,- кивнул Артем.- Но я сперва выясню все, а потом тебе позвоню. Чем сможем – поможем!

– Вот и хорошо. Это уж нам, старикам, в деревнях свой век доживать. А машину тебе покупать все равно придется. Сейчас в деревне без машины как без рук. А про город и говорить нечего.

Когда они вернулись в дом, женщины разглядывали за столом семейный фотоальбом. По комнатам разносился аромат выпечки.

– Мать, на стол, что ли, накрывать пора?- Пробасил Илья Васильевич.

– Погоди немного,- отозвалась тетя Надя.- Васька сейчас подойдет. И Маринку с Сережей подождем немного.

– Мать, гости проголодались с дороги,- изрек Илья Васильевич, похлопывая себя по внушительному животу.

– Я вижу, кто здесь больше всех оголодал,- насмешливо кивнула тетя Надя.- Но водку пока не припрашивай, все равно не дам!

– Тетя Надя, я вот эту возьму.- Катя выбрала из россыпи фотографию, на которой родители Артема были сфотографированы в полный рост, держа друг друга под локоток. На фотографии им было лет по двадцать пять. Наверно, она была сделана незадолго до гибели отца Артема.

– Хорошая фотография,- улыбнулась тетя Надя.

– Я ее только увеличу и вам обратно верну.

– Возвращать не нужно. Пусть она у вас останется.

– Что за фотография, Кать?- Артем сел рядом с ней, глянул на фотоснимок и мгновенно помрачнел. Любое напоминание о родителях почему-то действовало на него не лучшим образом.

Илья Васильевич тоже посмотрел на фотографию и пробасил:

– Завтра на шашлыки пойдем и обязательно зайдем на кладбище. Помянем своих...

Три дня в деревне пролетели как одно мгновение. В воскресенье гостей не отпустили, не дали уехать и в понедельник.

– Пора уже нам, дядя Илья,- говорил Артем.

– Завтра когда захотите, воля ваша,- плавным движением руки отсекал возражения Илья Васильевич.- Кто знает, как дальше жизнь сложится? Может, года два не свидимся...

– Да куда ж ты так рвешься то, Артем?- В свою очередь спрашивала племянника тетка.- Чего ты в своем городе не видел?

– И куда вы сейчас на ночь глядя?- Резонно подметил Илья Васильевич.

– Тем более, сегодня по "Первому каналу" "Жди меня" будет. Я в газетке читала, что в этот раз какая-то женщина из нашей области снималась,- сказала тетя Надя.

Спустя час они всей компанией сидели в горнице перед телевизором.

– "А сейчас мы вам напомним одну из наших прошлых передач,- непередаваемо бархатистым голосом говорил Игорь Кваша.- Тогда мы показали фотографии двух пожилых людей, которых разыскивала дочь. Вот эти фотографии".- Он показал на камеру две большие фотографии стариков Стрекаловых.

– "А на следующий день в редакции раздался телефонный звонок,- улыбнулась Маша Шукшина.- Позвонила нам Исаханова Гульнара Шариповна. Давайте, посмотрим сюжет, который сделала наша съемочная группа, выехавшая на один из хуторов Краснодарского края..."

– Когда "Жди меня" только начинали показывать,- негромко сказала тетя Надя, обращаясь к Кате,- Маша была такая холодная, равнодушная. Посмотри, как она изменилась, стала добрей и как будто еще красивей стала. И я вместе с ней иногда плачу.

– Ну, мать, взялась опять за свое,- недовольно пробасил Илья Васильевич.- Давай, послушаем, о чем люди говорят!

– "Сколько хуторов в Краснодарском крае?- Тем временем доносилось с экрана телевизора.- И не сосчитать! И на каждом хуторе, наверняка, найдется своя волнующая и неповторимая история. Но та, что расскажем мы, коснулась поисков нашей редакции".