– Спасибо, но я пойду,- снова отказалась Катя.

– Я все же переживаю за тебя. Живешь одна. Не страшно одной?

– Уже привыкла. Вы Соне сказку почитайте перед сном. Она быстрей заснет. Я пойду.

– До свидания, Катя. Приходи.

– Соня, веди себя хорошо. Слушайся тетю Лену.

– Катя,- сказала малышка, протягивая руки.

– Мне нужно идти,- Катя погладила ее легкие волосы.- Не хулигань, маленькая.

Она резко развернулась и пошла со двора. В этот момент на сердце у нее было также тяжело как в тот миг, когда сестренку у нее только отняли.

– Катя-Катя,- покачала головой Елена Ивановна, глядя вслед племяннице. Она догадывалась, что ее продолжают душить сомнения, а временами спокойствие сменяется ненавистью.

А голова Кати опускалась все ниже и ниже, пока ее плечи не дрогнули от плача. Она села на скамейку под липами и попыталась успокоиться. Мимо шли прохожие. На соседних скамейках гомонила молодежь. Но в этот миг весь мир казался Кате пустыней. Она набрала номер Артема и после секундного колебания нажала на кнопку вызова:

– Артем.

– Катя, то-то случилось?

– Нет, все в порядке. Но мне так плохо.

– Где ты? Я отпрошусь сейчас и приеду!

– Нет , не нужно, не приезжай...

– Я слышу, ты плачешь! Я приеду сейчас!

– Нет, что ты! Но после работы я тебя жду...

– Я приду...

– Но я тебя прошу, Артем. Я тебя как друга зову.

– Кать, я все понял. Больше не будем об этом.

– Спасибо, Артем, я буду ждать.

Она убрала телефон. Вокруг нее были люди, но она все еще чувствовала себя безмерно одинокой. И в эту минуту Катя вспомнила слова Артема о том, что человеку нельзя быть одному среди людей. И вспомнила слова старика Арнольда Павловича о том, что нужно уметь прощать. Не скрывая от посторонних, она вытерла слезы. Ей не хотелось возвращаться в пустую квартиру, но оставаться в одиночестве здесь среди людей ей не хотелось еще больше.

В тот момент когда Катя, наконец, собралась с духом и позвонила Артему, вернулся Василий Львович. Он вышел из машины, по привычке проверил двери с багажником и прошел к подъезду.

– Здравствуйте, Василий Львович!- Дружно поздоровались с ним соседки.

– Здравствуйте – здравствуйте,- ответил он и привычно пошутил:- А ведь вы нарушаете технику безопасности?

– Нет! Как это?!- Женщины принялись переглядываться.

– Без защитных касок под деревьями сидите!- Рассмеялся Горлов.

– Скажете тоже!.. Как ваша малышка?..

– Спасибо, хорошо!- Василий Львович открыл дверь и еще раз оглянулся на свою машину.

– Директор наш!- Говорили за его спиной соседки.- Приятный мужчина, обходительный, заботливый очень...

Василий Львович лифтом поднялся на свой этаж. В руках он держал два пакета, и это: "заботливый очень" неожиданно засело у него в голове занозой.

Елена Ивановна дожидалась возле открытых дверей.

– Здравствуй, Леночка,- он поцеловал ее в щеку.- Ты знаешь, меня сейчас назвали "заботливым очень"!

– Я даже знаю кто. Митрофановна! Она всех непьющих мужчин так называет!

– Вот оно в чем дело?!- Рассмеялся Василий Львович.- Но почему-то раньше она меня так не называла.

– А ты догадайся, почему?

– Да неужели?! И где же наша хулиганка?!

– Играет.

Василий Львович прошел в детскую и подхватил Соню на руки:

– Привет, красавица! Что делаешь-поделываешь?

– Играю.

– Идем со мной, я тебе что-то покажу.

Василий Львович прошел в гостиную и вытряхнул из пакета целый ворох книжек-раскрасок и наборы фломастеров. Соня тут же забралась на диван и принялась черкаться в книжке. Василий Львович с улыбкой наблюдал за ней. Елена Ивановна подошла к нему и обняла за талию.

– Как думаешь, внучка наша могла быть такой же?- Неожиданно спросил ее муж.

Елена Ивановна вздрогнула и покачала головой:

– Я не знаю, Вася. Зачем ты говоришь об этом?

– Иногда я вижу сон наяву,- ответил Горлов с полуулыбкой.- Почему он не стал нашей жизнью? Я вижу тебя, себя, наших детей... Это сон, но какая-то часть меня живет там.

– Идем ужинать,- в глазах Елены Ивановны блеснули слезы.- Сонечка,- она подхватила ребенка на руки.- Кушать хочешь?.. Сейчас мы с тобой помоем ручки, а потом ты снова будешь рисовать. Только рисуй в книжках. Хорошо? На руках и на стенах рисовать не нужно.

После ужина Василий Львович устроился в гостиной с газетой в руках. Умиротворяюще бубнил в углу телевизор. Василий Львович читал какую-то дребедень о политике и чувствовал, что еще минута-другая и он задремлет. Но не успели его глаза закрыться, как в кармане загудел телефон. Василий Львович посмотрел на экран и резко сел. Звонила Люба. Он встал, закрыл дверь и отошел к окну:

– Люба, мы же с тобой договаривались. Зачем ты звонишь сюда?

– Мы уезжаем в деревню. Позвонила предупредить.