– Можно я возьму вас за руку?- Не дожидаясь ответа, она прикоснулась к его ладони.- В последнее время мир все чаще кажется мне нереальным, ненастоящим. И это очень пугает меня, Андрей Леонидович. Мне все время кажется, что вот сейчас я открою глаза, а вокруг меня бесы и я уже в аду...

– Во-первых, успокойтесь. Это я как врач советую. И, второе, вам выпал редкий шанс исправить многое. Все что вам нужно для этого – ощутить сердцем жизнь... Вы любили мужа или жили с ним по необходимости?

– Скорей, по необходимости,- эхом отозвалась Маргарита Георгиевна.- Мой супруг был известным ученым. Помните, как было принято говорить в советское время – "крупный ученый". Впрочем, он на самом деле был довольно крупным человеком. Под два метра ростом, массивный. Из той породы, что рождены были землю пахать или чушки чугунные в домнах ворочать. Он был старше меня на двадцать лет. До встречи со мной он был закоренелым холостяком, мой Подъяловский. Работа! Работа! И ничего, кроме работы, ни друзей, ни любимой женщины. Стоит ли удивляться, что он потянулся ко мне и полюбил всем сердцем? Я прожила с ним больше тридцати лет. Любила ли я? Вы лучше спросите, любила ли я кого-нибудь?.. Мне без малого шестьдесят. Должно быть, сейчас я испытываю то, что чувствовал Николай Борисович спустя несколько лет после начала нашей совместной жизни. Разочарование и многое из того, что ранит сердце. Только сейчас я начинаю понимать, что он любил меня,- она вытерла с глаз слезы. В этот момент Маргарита Георгиевна на самом деле ясно ощущала все, что чувствовал ее одряхлевший муж долгие годы перед смертью, когда болезни начали брать верх, когда его могучий разум медленно угасал. И до самого последнего дня он понимал, что женщина, прожившая с ним под одной крышей тридцать лет, никогда не испытывала к нему ни любви, ни привязанности, ни благодарности. Она ощутила это до того остро, словно в нее на несколько мгновений вселилась душа почившего мужа.- Три раза я делала аборты,- негромко произнесла Маргарита Георгиевна.- Три раза я убивала его детей, своих детей... И с такой же легкостью я бросила на произвол судьбы внучек. Но мало того, в то время я бы сделала все, чтобы разлучить их. Разве есть мне прощение? И что ждет меня, кроме ада?

В этот момент последние лучи солнца брызнули в окна и стеклянные двери ресторанной залы, заиграли в начищенном хрустале бокалов, на кончиках ножей и вилок.

Мельников осторожно взял ее за руку:

– Маргарита Георгиевна, это просто. Если вы сделаете все, чтобы заслужить прощение перед собой, перед своей совестью, значит, вас простят и другие.

И этим прикосновением своей теплой ладони он смыл с ее души все зло, которым наказало ее время.

Южный вечер стремительно сменился ночью. Три гитариста в зале последние четверть часа без остановки играли рондо. Полная луна висела в небе Флоренции.

– Вы еще выпьете вина?- Спросил Мельников.

– Мне достаточно. Я провела чудесный вечер. Спасибо, Андрей Леонидович. Я не думала, что когда-нибудь встречу друга.

– Не благодарите меня,- улыбнулся он.- Звезды свели нас вновь. Пришло для этого время.

– Кто вы, Андрей Леонидович?- После секундного замешательства спросила она.- Только скажите честно, вы ведь не просто человек.

– Маргарита Георгиевна,- уже без улыбки ответил Мельников.- Не обманывайте себя словами и не обманывайтесь. Вы нашли во мне друга. И только... Счет, пожалуйста!- Сказал он официанту и расплатился за обед.

– Я надеюсь, синьор и синьора хорошо провели время?- Улыбнулся официант.

– Да, у вас прекрасные повара и отменные вина,- кивнул Мельников.

– Если решите заглянуть к нам в следующий раз, спросите Доминика!- Это он говорил им почти каждый вечер.

– Поднимемся ко мне?- Спросила Маргарита Георгиевна.

– Я бы предпочел прогулку,- ответил Мельников.

– Я могу составить вам компанию?

– Как вы себя чувствуете, Маргарита Георгиевна?

– Пока вы не задаете этот вопрос, я ничего болезненного не ощущаю.

– Извините, я учту это. Но все же не забывайте, следите за своим состоянием.

Они спустились в холл и вышли на широкое крыльцо.

– Андрей Леонидович, расскажите о себе,- попросила Маргарита Георгиевна.

Мельников усмехнулся:

– Если это вас на самом деле интересует,- они неторопливо шли по тротуару в сторону от гостиницы.- Мне пятьдесят три года, родом из Белгорода, по специальности хирург общей практики и практикующий терапевт. Два года отслужил по контракту в Чечне в Первую войну. Вот, собственно говоря, вся моя биография. Был женат. Дети выросли, а отношения с женой разладились. Развод мы так и не оформили, но живет она с другим человеком, это положение устраивает всех. В Чечне познакомился с итальянцами из миссии ОБСЕ. И когда понял, что в России меня уже ничто не держит, сменил обстановку и по рекомендации одного уважаемого господина был принят на работу по линии Красного Креста.

– Но ведь это только вершина айсберга,- покачала головой Маргарита Георгиевна.- Я сердцем чувствую, все не так просто.

– А разве в жизни хоть что-нибудь случается спонтанно? У всего есть причины.

– Я не это хотела сказать,- поправилась Маргарита Георгиевна.- Вы верите в бога?

– Я верю в людей, верю в наши силы и возможности. Я верю, что вы поправитесь и сделаете все, что слабо тлеет в вашем сердце. Я верю в ваших внучек и их друзей. Верю, что они не бросят друг друга в беде. Я верю в очень многое, Маргарита Георгиевна. И, конечно же, верю в Высшую Справедливость.

– Какой странный ответ,- улыбнулась его спутница.- Впрочем, другого я не ожидала.

– Маргарита Георгиевна, это всего лишь слова. Поднимая глаза к ночному небу, мы видим то, что осталось от звезд – их свет...

Вернувшись в гостиницу, Маргарита Георгиевна села возле журнального столика и закрыла глаза. Разговоры с Мельниковым будили в ее сознании какие-то глубинные пласты. И Маргарита Георгиевна начинала понимать, что странная встреча в старинном палаццо, в реальности которой она не сомневалась ни на минуту, должна иметь противовес не в каких-то фантастических измерениях, а в этом мире. Она глубоко вздохнула и открыла глаза. В этот момент Маргарита Георгиевна испытала потребность поговорить с Катей. И, не откладывая этот разговор в долгий ящик, она взяла в руки мобильный телефон и позвонила ей.