У противоположной стены стоял письменный стол, заваленный бумагами. За ним сидел человек с седыми, коротко остриженными волосами. Проговорив свою приветственную фразу, он склонился над столешницей и передвинул, разложенные игральные карты.

– Спасибо на добром слове и вам зелий от хвори в достатке! – ответил Оливье.

Человек распрямился, уставившись на нас немигающими желтыми глазами. В его взгляде читалась скука.

– Вы выбрали не лучшее время для визита! Сейчас крайне трудно разобраться, где наследники, где предатели! Кто прав, кто виноват. Кругом враги и шпионы.

Его взгляд остановился на мне.

– Давно не видел оборотня. – проговорил он, обращаясь скорее к себе. – Для столь редких гостей, видимо должен представиться.

Встав, он оперся о стол и, наклонившись к нам, с достоинством проговорил:

– Глава тайной канцелярии, Сыч!

– Очень приятно! – отвесив шутливый поклон, пропел дядя.

Я тоже хотел сказать, как меня зовут, но не смог выговорить. Странные желтые глаза гипнотизировали, а окружающая обстановка не располагала к пустой болтовне.

– Что же, пока можете не называть ваших имен. – добавил Сыч, садясь на свое место. – Я и так знаю, что оборотня зовут Люсьен Носовский, широко известный ученик знаменитого мастера Оливье. О вас много пишут! – усмехнулся глава тайной канцелярии. – Но, против вас ничего нет. Так что вас, я скоро отпущу. – произнес он, вытаскивая из ящика стола объемную красную папку и кидая ее поверх карт. – К моей печали, великий мастер Оливье не столь безгрешен!

Подняв глаза, он с отвращением посмотрел на дядю и склонился к папке.

– Временное правительство Изумрудного острова пока не подало официальное прошение о вашем аресте и экстрадиции, но я задерживаю вас за нарушение введенного советом магов военного положения!

– Да? – беспечно протянул дядя.

– Конечно. – любезно ответил Сыч. – Вы выбрали неудачное время для шалостей, задержанный! Миры на грани войны, нас ждет раскол, анархия и прочие ужасы. А вы верхом на радуге, врываетесь в закрытый для посетителей мир! Может, вы специально открыли этот путь? Возможно, вы поддерживаете Константина?

– Кого? – скривившись, уточнил Оливье.

– Какая неосведомленность, а может быть хитрость? Вы действительно не знаете брата нашего достославного покойного короля? Право, неосторожно!

– Начинаю терять терпение. – пробормотал дядя.

– Зря. – высокопарно заметил глава тайной канцелярии. – Совет магов считает, что преступная защитница и наш неудавшийся король Константин, союзники!

– Что?

– Изменники! – холодно сказал Сыч.

– Хорош тролля валять! – не выдержал Оливье.

– Ведите себя культурно!

– Что! – взревел дядя. – Ты решил отвертеться от спора?

– От чего? – удивился Сыч. – Не понимаю вас, задержанный.

– Я так и знал! – закричал Оливье, наступая на главу тайной канцелярии. – Недавно, я готовил тебе Семисветское жаркое под лимонно-чесночным соусом. Ты сказал, что новый король хоть и безумен, но ты сам бы поставил мешок риса сырца тому, кто откроет хотя бы один луч, питающий радужный мост. Было?

– Ну. – вяло согласился Сыч. – Политическое положение было совсем другим…

– Я сказал, что ловлю тебя на слове. – перебил дядя. – Мы произнесли магическую спорную формулу и ударили по рукам! Так? – не отставал он, приближаясь к столу.

– Да.

– Ага! – взревел дядя и протянул руку.

Сыч моргнул и нехотя подал свою. На их ладонях вспыхнуло синее свечение, превратившееся в веревку, связавшую руки у запястий.

– То-то же. – сказал Оливье. – Где мой мешок?

Глава тайной канцелярии отдернул руку и в сердцах сплюнул на пол.

– Поглотитель тебя подери, Оливье. Ты прекрасно знаешь, что у меня нет мешка сырца!

– Спор есть спор. – пожал плечами дядя, присаживаясь к письменному столу.

– Короли приходят, и уходят... – опустив глаза, начал Сыч.

– А сырец растет в цене! – гаркнул Оливье.

– Что же, говори, что тебе надо! – нахохлившись, сказал Сыч.

– Моя честно заслуженная награда. Мешок сырца.

Справившись с эмоциями, глава тайной канцелярии надел маску невозмутимости и погрозил дяде пальцем.

– Прибыв в Благодатные земли, ты послал знак синей звезды. Поэтому, ты здесь. Ты прекрасно знал, что мешка сырца у меня нет. Деньги ты, скорее всего, не возьмешь. Значит! У тебя есть предложение, на которое, я скрипя сердцем, соглашусь.