Голем прибыл через несколько минут, словно почувствовав мой голод. Вежливо поклонился, пропуская меня в распахнутую дверь. Я гордо задрал голову и вышел в коридор. Евлампий махнул направо, добавив:

– Здесь недалеко, идите вперед. Я предупрежу вас, если надо будет повернуть.

Я кивнул. Как приятно. Со мной еще никогда так не обращались.

– Вас ждет потрясающий обед. – пообещал голем. – Верховный судья большой поклонник кулинарных изысков. А сегодня, в вашу честь, приготовили нечто особенное!

Я снова небрежно кивнул, словно в мою честь постоянно устраивали званые обеды. К хорошему быстро привыкаешь.

– Единственное, о чем я должен вас предупредить. – не унимался Евлампий. – В Тринадцатом Темном Объединенном мире очень серьезно относятся к традициям. Приглашенный не может отказаться опробовать блюдо. Он должен съесть, как можно больше угощений. Так, он выказывает свое глубокое уважение хозяину.

– С этим проблем не возникнет. – уверенно проговорил я.

– Я так и думал. – ответил голем.

На мгновение мне показалось, что он издевается. Я даже обернулся, пытаясь увидеть выражение его лица, но какие эмоции разглядишь на булыжнике.

– Почти пришли. – проговорил Евлампий. – Вам направо.

Я повернул в указанном направлении. Мы вошли в арку, в открытые ворота и оказались в огромном зале. В центре помещения расположился длинный стол с двумя креслами. За дальним, уже сидел хозяин. Не знаю почему, но я ожидал увидеть еще одного голема. Не уверен, едят ли каменные создания. Скорее всего, они вообще не потребляют обычную пищу. Мои ожидания не оправдались. За дальним концом стола восседал бородатый ящер с огненно-рыжими волосами. Я остановился от удивления.

– Проходите, дорогой гость, присаживайтесь. – пророкотала ржавая рептилия мужественным басом.

– Спасибо. – ответил я и забрался на стул.

Питаться за одним столом с саламандрой, мне еще не приходилось. А то, что передо мной сидит именно он, сомнений не оставалось. Среди рептилий разумом обладают только саламандры. После прокола с троллем, я решил серьезно относиться к сведениям из бестиария.

– Пусть начнется пир! – возвестил рыжий ящер и ожидающе уставился в мою сторону.

– Пусть начнется пир. – неловко повторил я.

Верховный судья улыбнулся в ответ двумя рядами острых зубов. Подцепил с тарелки шмат мяса и целиком впихнул в рот. Наверное, тоже традиция, жрать, так что куски изо рта торчат.

Стол ломился от разнообразных блюд. Я и не представлял, что из еды можно делать такое! Большинство яств, я даже не мог идентифицировать. Поэтому кушал то, что лежало ко мне ближе всего. Начав с темно-красного мяса, украшенного зеленью и гроздью прозрачного винограда.

Прожевав, огненный ящер уставился на меня. От взгляда его, не мигающих, глаз по моей спине побежали мурашки.

– Я высший судья Тринадцатого Темного Объединенного мира. Я стою на страже закона. Меня зовут Последний. – проговорил саламандр и снова замолчал, рассматривая меня.

Я решил он хочет, чтобы я спросил.

– Почему вас так называют?

– Потому, что я Последний. Будет так, как я говорю. За мной никого нет, я Последний!

Он выглядел очень гордым этот огромный рыжий ящер. Я понял, что должен потешить его самолюбие и добавил:

– Наверное, трудно все за всех решать?

– Я не решаю. – парировал Последний. – Я слежу, чтобы каждый соблюдал законы.

Он отпил из высокого фужера, смешно фыркнул и продолжил.

– У нас есть поговорка: «Если ты не следуешь закону, закон последует за тобой на край света!»

Эту народную саламандровую мудрость, я решил не комментировать.

– Это истина, ведь вы здесь. – добавил он.

– Я не нарушал ваших законов. – не согласился я.

– Это не так. – возразил Последний.

– Я никогда не был в вашем мире. – высказал я последний аргумент.

– Это не имеет значения. – отрезал саламандр.

Я взял кубок и залпом выпил. Думал, что прибавиться храбрости, но нет поджилки тряслись все сильнее.

Последний, все также неотрывно, смотрел на меня через стол.

– Закон гласит, что ученик получает от учителя мудрость, опыт и знания. Их связь крепка, они обмениваются жизнями. Поэтому, не только учитель ответственен за ученика, но и наоборот.

– Какое наказание ждет браконьера? – тихо спросил я, начав понимать, куда он клонит.