— Мне он кажется нормальным и разумным человеком, и он хорошо разбирается в своей работе. Я могу сказать, что он совсем не такой, как чиновник, присланный ими на ферму Конец Света.

Линн надела очки и склонилась над бумагами.

— Интересно, почему он не стал разговаривать со мной. Это же моя ферма!

— Почему ты сама не вышла? Ты же знала, что он пожалует в два часа.

— Тебе следовало привести его домой, — сказала Линн.

— Наверно, мне было нужно это сделать, но мне показалось, что тебе это неинтересно.

— Неинтересно? — воскликнула Линн. — Когда вся ферма должна изменить направление хозяйствования, и все без моего согласия?

— Ну, не так уж все изменится! Конечно, нам придется расстаться с овцами, но останутся куры, и мы даже сможем выращивать немного свиней. Просто нам теперь придется культивировать каждый сантиметр земли. Мне всегда хотелось привести всю землю в порядок…

— И вот теперь ты счастлив! Все опять вышло по-твоему!

— Послушай, — тихо сказал Чарли. — Все решает Военный сельскохозяйственный отдел, а наше дело — только выполнять их указания. Я не буду отрицать, что мне приятно видеть, что мои желания совпадают с их указаниями. Я был доволен, по крайней мере до того, как ты начала отчитывать меня, но дело не в этом. Сейчас идет война, и мы обязаны делать то, что нам предписывается! Черт бы все побрал!

Он начал собирать бумаги и складывать их в аккуратную стопку, но Линн выхватила их.

— Я их еще не читала, а они, в первую очередь, касаются меня.

— Обязательно прочитай их, — сказал Чарли и резко придвинул к ней все бумаги. — И в следующий раз, когда явится чиновник, черт возьми, ты станешь с ним разговаривать, а мне ты только передашь его распоряжения. Тогда, когда все пройдет через соответствующие отделы — Домашний отдел, Военный отдел, Палату лордов — может быть, тогда ты будешь удовлетворена, а я, наконец, смогу заняться работой!

Он схватил шапку и пошел к двери, там он остановился и посмотрел на Линн.

— Я прекрасно понимаю, почему ты злишься. Потому что маленький Роб не приехал домой. И я его в этом не виню, нет! Он знает, какие у нас с тобой отношения — мы большую часть времени ссоримся, — и могу тебе сказать, что меня не удивляет, что он предпочитает проводить время не дома, а в другом месте!

Чарли отправился работать в поле, и злость не оставляла его все время, пока он работал. Он просто чувствовал ее горечь на языке, обида раздражала его кровь. Но постепенно обида смягчилась, и ему стало стыдно, и он начал презирать самого себя. Почему он ударил ее по самому больному? Зачем он вообще припутал сюда Роба? Теперь ему будет трудно смотреть ей в глаза. Ему было очень стыдно и неприятно. Но он должен поговорить с ней, иначе разрыв между ними только углубится и помириться станет еще труднее.

— Извини меня, что я вмешал Роба в нашу ссору. Мне не стоило делать этого. Я хочу, чтобы мы забыли об этой ссоре.

— Я не могу стереть твои слова из памяти, как мел с доски! У меня слишком хорошая для этого память!

— Ты хотя бы попытайся меня понять. Если бы ты не стала упрекать меня в том, что я разговаривал с чиновником из этого отдела…

— Какой смысл в твоих извинениях, если ты продолжаешь считать меня во всем виноватой?

— Мне кажется, что виноваты мы оба. Мы иногда говорим друг другу страшные вещи… И в этом нет ничего нового, не так ли? У нас такие отношения уже много лет.

— Ты так считаешь?

— Ты же знаешь, что это правда.

Чарли стоял, засунув руки в карманы брюк. Он наблюдал, как Линн разжигала огонь. Он пытался придумать какие-то необходимые слова.

— Я сделал ошибку, должно быть, когда остался дома и стал работать на ферме? Ты ведь так считаешь? Мне следовало делать то, чего ты хотела и работать механиком где-то в другом месте.

— Теперь слишком поздно говорить об этом.

— Я сделал то, что считал нужным и правильным в то время.

— Ты сделал то, что тебе хотелось сделать, — сказала Линн.

— Но совсем необязательно считать все сделанное мной ошибкой.

— Теперь это уже поздно обсуждать. Сейчас это все в прошлом.

— Нет, ничего не в прошлом, это всегда присутствует в отношениях между нами. Я помню все, что ты мне говорила много лет назад, когда мы раньше выясняли отношения. Ты мне сказала, что относилась ко мне с большим уважением тогда, когда я ходил на работу и сам зарабатывал хорошие деньги. Вот в этом-то все и дело. Ты меня больше не уважаешь, не так ли? Я считал, что своей работой на ферме я могу вернуть твое уважение ко мне, но, оказывается, я ошибся.

— Какой смысл вести подобные разговоры?

— Я надеялся, что мы сможем все выяснить и исправить ошибки, пока еще не поздно.

— Не поздно? Что ты имеешь в виду? Ты мне что, угрожаешь?

— Я просто пытаюсь сказать тебе, что отношения между нами только ухудшаются, и мы должны попытаться улучшить их.

Линн подложила еще угля в печку и поставила чайник.

— Ты, наверное, ждешь, что я поглажу тебя по голове и скажу, что это моя вина и чтобы ты перестал об этом беспокоиться?