— Ну, не все так плохо.

Но Чарли понимал, что миссис Шоу была права. Управление имело право отобрать у фермеров необрабатываемую землю и выгнать оттуда хозяев, предупредив их за месяц. И рано или поздно Слипфилдс может постигнуть подобная участь.

— Куда вы тогда поедете? И что станете делать? У вас есть какие-нибудь родственники?

— У меня есть тетя в Хартфордшире. Она, вероятно, приютит меня до окончания войны, и мне надо будет искать работу.

— Но вы хотите оставаться здесь, пока они вас отсюда не выгонят?

— Я не знаю. Мне нужно подумать об этом.

Миссис Шоу снова пожала плечами.

— У меня недостаточно воли, чтобы загадывать будущее, — сказала она.

Иногда, когда он работал, срезая чертополох, она приходила и наблюдала за ним. Она стояла у калитки, и он, переходя от заросли к заросли, поднимал голову и видел ее. Но он мог поднять голову, и ее уже не, было там. До него доносился грохот ведер во дворе и хрюканье и визг свиней, когда она вываливала их пищу в кормушки. Чарли иногда слышал кудахтанье кур, когда она поднимала их с гнезд в сарае.

Она, занимаясь своими делами, слышала, как он затачивает серп. Звуки доносились с поля: вжик, вжик-вжик, вжик-вжик, они эхом отзывались во дворе, и она слышала их повсюду, куда бы ни шла. Чарли знал, что она его слышит, и он лишний разок проводил бруском по серпу. И когда, наконец, он ловил ее взгляд, то махал ей рукой и снова принимался за работу.

Он теперь хорошо узнал ее, и ему было очень ее жаль. Его поражало как ее одиночество, так и то, что она оказалась заложницей этой фермы, где по-настоящему не чувствовала себя хозяйкой. И когда он заканчивал свои дела у пес, всегда старался постоять и поговорить с ней.

— У вас были какие-нибудь известия от вашего мужа?

— До, я получила от него открытку. Он надеется, что мои дела на ферме идут хорошо.

— Ему бы следовало приехать сюда и самому посмотреть.

— Алек всегда был таким. У него всегда было много разных поразительных идей по поводу бизнеса, и, как правило, с помощью чужих денег. Как-то это был магазинчик по продаже газет. Потом небольшая гостиница. В следующий раз он собирался заниматься разведением собак. Но ни одна идея не сработала. Нам пришлось убираться из множества разных мест, и мы кочевали по всей стране, и за нами тянулась дорожка неоплаченных счетов. Потом он решил, что ему нужна ферма… Он представлял себя этаким сельским сквайром…

— Где он взял деньги для покупки фермы?

— Он сказал, что выиграл на скачках.

— Это правда?

— Не знаю. С тех пор, как я вышла за него замуж пятнадцать лет назад, я не знаю, чему верить, а чему — нет!

— Как насчет его карьеры в армии?

— Он служил в армии десять месяцев. Помощник лейтенанта… Это было в тысяча девятьсот девятнадцатом году. Но были какие-то неприятности… Что-то связанное с деньгами на питание… Это случилось до того, как я познакомилась с ним, и мне кто-то рассказал об этом гораздо позже. Когда мы познакомились, он мне сказал, что прослужил всю войну, и потом постоянно придерживался этого варианта.

— Но у него не сходятся некоторые вещи, — заметил Чарли.

— Да, я это знаю, — ответила она с улыбкой, потом посмотрела на Чарли и добавила: — Наверное, мне не стоит обсуждать Алека подобным образом?

— Иногда становится легче, когда поговоришь хоть с кем-то.

Они стояли у ворот. Чарли взял свой серп и положил его на плечо лезвием вниз.

— Мне нужно идти. Старик Время! Старость — вот мое имя!

Он всегда старался оставить ее с улыбкой на губах. Он надеялся, что разговоры и шутки помогут ей скоротать одиночество до следующего его прихода. Кроме него она больше никого не видела. Он был единственной ниточкой, связывающей ее с миром.

Иногда он говорил о ней с Линн.

— Может, тебе стоит навестить ее? Ей было бы неплохо поговорить с женщиной.

— Да, конечно, — соглашалась Линн, — если только она будет мне рада.

Но она так и не сделала этого. У нее никогда не было времени.

— У меня просто не хватает времени. Я только и делаю, что заполняю все эти формы и бумаги, — жаловалась Линн.

Но Чарли считал, что это была всего лишь отговорка.

— Если бы ты по-настоящему хотела, ты могла бы выкроить время, — говорил он.

Как-то, когда он был в Слипфилдсе, миссис Шоу получила повестку из Военного сельскохозяйственного отдела.

— Они сообщили, что чиновник будет здесь в девять утра во вторник, и, если меня здесь не будет, они официально вызовут меня для беседы.

— Я так и думал.

— А я вообще старалась не думать об этом!

— Что, если я буду присутствовать при вашей беседе с чиновником в качестве вашего соседа и попытаюсь как-то вам помочь?

— Вы считаете, что сможете что-то сделать?