Она ломала голову месяца три, встречаясь с ним ежедневно, и так и не найдя подходящего ответа, спросила в лоб.
– Ты останешься у меня?

– Если хочешь, - он пожал плечами и взял из ее рук ключ.

Ей даже стало неловко, но назад пятками она ходить не умела. Было странное ощущение, пока они поднимались по лестнице. Неловкость сменилась злостью, большей частью на себя, а потом опять каким-то волнующим ощущением до дрожи в коленках.

– Чаем напоишь?
– она лишь кивнула ему в ответ. Пока собирала на стол, он сидел и смотрел на нее исподлобья, разговор как-то не клеился, и она совсем растерялась. Молча, попили чай, и долго сидели друг напротив друга. Она уже собралась его выгнать, чтобы скрыть свою неловкость, свое ожидание и злость, теперь уже на него и его нерешительность. Часы показывали два часа ночи, когда он взял ее за руку и прервал молчание: "Пойдем спать?".

Как в немом кино она расстелила постель, и ушла в душ. Окатила себя холодной водой, жар не спадал, и трясло, как в лихорадке, у нее буквально, зуб на зуб не попадал. "Боже, успокойся, что за трясучка?", она пыталась унять это волнение, но это возбуждение и какой-то стыд так и не проходили. Она сама себя не узнавала, что с ней творилось, бред какой-то...

После ванной, она долго гремела на кухне, перекладывая тарелки, зачем-то решив протереть холодильник. И уже поняв, что вот оно, и деться уже некуда, и этого ей хотелось последние месяцы больше, чем новые туфли или кабриолет... "все, надо идти, я как идиотка себя веду", она зашла в гостиную и уткнулась взглядам в Хасана.

Он расстелил себе ее запасное одеяло, свернул под голову свою куртку и накрылся махровой простынью. Местечко для сна он себе выбрал у телевизора, напротив двери в ее спальню. Сказать, что у нее случился шок, значит - не сказать ничего. Она не знала, как на это реагировать и что это вообще было. Кто из них был большим идиотом, еще предстояло выяснить.

– Спокойной ночи,- он улыбнулся.- Ты мне свет выключишь?

Глава 9

– Я не поняла! Это он так издевается надо мной? Откуда он вообще взялся на мою голову! Пять месяцев, пять! Я что, девочка малолетняя?
– пытаясь прийти в себя от шока и злости, она не останавливаясь, пила уже четвертый мохито. - Офигеть, зачем мне это надо? Для душещипательных бесед? Я в библиотеку могу сходить… - Она выдохнула и посмотрела на подругу.
– Ты вообще можешь представить, что меня кто-то может не хотеть?

– Ну…, может он девственник? Ты же сама говорила, что он еще совсем ребенок. Чего ты вообще так суетишься, сама знаешь, он в тебя влюблен, конечно, от тебя хочет, может просто стесняется или мало ли что. А сама ты не пробовала...ну...

– Да неужели! Мне еще не хватало для полного счастья на мужика кидаться!- она фыркнула, а потом задумчиво протянула.- Думаешь, надо было?

– Да нет, конечно. Дай ему время.

– Время? Сколько? Он две недели на полу спит!
– она заказала подошедшему официанту пятый мохито.

– Может ему жить негде?
– подруга цедила текилу и с каждой стопкой выдвигала новые версии.- Мамуля говорит, что он тебя как плацдарм использует.
– Мама подруги была личностью в их кругу легендарной и авторитетной. Когда ситуации на личных фронтах заходили в тупик, она была, чуть ли не последней инстанцией, если не с мудрыми советами, то уж точно с кучей вариантов решений, к тому же мастерски сбивала с носа розовые очки и возвращала замечтавшихся в жизненную реальность.

– Да я бы уже рада была, если б использовал!
– она захохотала в голос.
– Ужас какой, мы красивые, умные, без каких либо проблем, с бабками, идем по улице - тачки останавливаются, а сейчас сидим и обсуждаем, почему какой-то малолетка со мной не спит...- несмотря на внешнее веселье, она понимала, что смешного в этой ситуации мало.

– А что он говорит, ты с ним это обсуждала?
– текила явно способствовала мыслить логически.
– Спроси у него прямо, чего мы здесь версии надумываем, может правда, у него какие проблемы по этой части...Вообще, чего ты паришься, как будто заняться больше нечем.