— Каждый год Марди-Гра празднуют по разным числам. Накануне «Пепельной среды», за сорок семь дней до Пасхи.

— Я прошлась по твоему списку. Возьмем, скажем, Грега Вагмана. Он исчез три года назад, четвертого марта…

— Почти в день Марди-Гра?

— И с остальными, — кивнула Эрин, — более или менее то же самое. Я говорю «более или менее», поскольку в иных случаях об исчезновении заявляли позднее — на несколько дней или даже недель, — но никто не исчезал до Марди-Гра. Я не утверждаю, что могу доказать, будто они исчезли в этот самый день или на следующий, после полуночи, но, в общем, все укладывается в эту твою скромную славную версию.

— Стало быть, дело не в каком-то конкретном дне месяца, — заметил Брум.

— Выходит, нет.

— Таким образом, с чем бы мы ни имели дело, а с чем именно, мы пока не знаем — с убийством, бегством, да с чем угодно, — с чем бы ни имели дела…

— …все начинается на Марди-Гра, — договорила Эрин.

У Брума зазвонил сотовый. Он посмотрел на экран — из участка.

— Да?

— Детектив Брум?

— Да, я слушаю.

— Мы только что получили фотографию. Наверное, вам стоит на нее взглянуть.

Из конторы Гарри Саттона открывался роскошный вид на Атлантик-Сити. Вдали — в трех кварталах отсюда — возвышались уже далеко не новые, но все еще сохранившие величественный вид отели, вытянувшиеся вдоль эспланады. А между этой роскошью и обшарпанным зданием, где располагалась контора, находился сколь обширный, столь и заброшенный участок земли. Как бы красивы ни были отели, а казино — шикарны, они были как вещи в себе, словно не имели к окружающим строениям никакого отношения. Ни малейших утечек. Если отели — это цветы, то они подобны островку, окруженному чертополохом.

Не то чтобы Гарри так уж увлекался сексом, игрой и всем остальным, что может предложить большой город, хотя, кто спорит, это затягивало. Но главным для него было то, что те, с кем он сталкивался — если угодно, можно назвать их местным населением, — были людьми совершенно безответными. В свои лучшие времена Гарри представлял интересы самых сильных мира сего, тех, кто с самого рождения был буквально обречен на успех в игре, именуемой жизнью, но даже при этом умудрялся испытывать потребность в мошенничестве. А здесь — все наоборот. Эти люди родились с пустыми руками. Их уделом была неудача. Они никогда не узнали бы вкус пряника, если бы не испытали, что такое кнут.

Что им требовалось, что они заслужили, так это почувствовать — хоть раз в жизни! — каково это, когда кто-то оказывается на твоей стороне. Только раз. Больше не надо. Забыть о вине и невиновности. О том, что правильно и что неправильно. Как бы ни складывалась несчастная — а в общем-то она такой и была — жизнь этих людей, он, Гарри Саттон, старался сделать все, чтобы хоть однажды они испытали это чувство.

Потому он и остался в Атлантик-Сити.

А уж потом секс, игра и все остальное, к чему он тоже отнюдь не был равнодушен.

Зазвонил телефон. Он сам поднял трубку.

— Адвокатская контора Гарри Саттона.

— Мне необходимо еще раз увидеться с вашим клиентом.

Это был Брум.

— Очень мило. Можете не утомлять меня любезностями и сразу перейти к сути дела.

— Мне надо увидеться с ней прямо сейчас.

Гарри не понравилась прозвучавшая в голосе копа тревога.

— Не уверен, что это возможно.

— Сделайте так, чтобы это стало возможным.

К нетерпеливости копов, к их манере запугивать людей Саттон привык и обычно реагировал спокойно, но на сей раз что-то его смутило.

— Что-нибудь не так?

— Всплыли кое-какие новые обстоятельства.

— А именно?

— Не исключено, что есть другие жертвы.

Повисло молчание.

— Не вижу, какое отношение может иметь к этому мой клиент.

— На мой электронный адрес пришла фотография.

— От кого?

— Не знаю. Послание анонимное. Слушайте, меня только одно интересует: может, она узнает кого-нибудь на этом снимке.

Саттон все еще колебался.

— Гарри, вы слышите меня?

— Да, да…

— Заметьте, я никому и ничем не угрожаю. Не говорю, например, что теперь мне не составит большого труда найти ее адрес, а там и с соседями потолковать. Или что составлю ее словесный портрет и помещу в газетах. Или… ну мало ли, что можно придумать.

— Я рад убедиться, что вы держите слово.

— Знаете, Гарри, у меня нет времени играть в эти игры. Возможно, мы имеем дело с серийным убийцей. И я делаю все, что в моих силах, лишь бы она не стала новой жертвой. Она правильно сделала, что встретилась со мной. Так пусть доведет дело до конца.