Но правда, правда, в которой Дейв даже себе самому не хотел признаваться, заключается в том, что он никогда до конца не доверял женщине, которую любил. Да, это казалось абсурдом. Меган — женщина с прошлым. Это он знал. Так и у него имелось прошлое. Как, надо полагать, у всех остальных. Но, заводя новые отношения, словно сбрасываешь кожу. Это правильно.

Но с Меган все было не так просто. В том, что она рассказывала ему о своем прошлом, многое не вязалось. Не то чтобы Дейв этого не замечал, он просто мирился. В глубине души он не хотел подвергать угрозе их отношения. Даже сейчас, по прошествии многих лет, он не верил, что выбор Меган пал именно на него. Она была так красива, так умна, что, ловя ее взгляд и улыбку, он до сих пор ощущал себя счастливчиком. А если так, если так долго ощущаешь себя счастливчиком, зачем задаваться лишними вопросами.

Дейв пребывал в блаженном неведении, но то, что произошло сегодня, вывело его из этого состояния, нарушило покой. Огромная ладонь словно встряхивала и встряхивала его мир, и когда этот мир вернется на свою орбиту, прежним он уже не будет. Тебе твердят и твердят одно и то же, только ты этому верить отказываешься — как все вокруг хрупко.

Давно стемнело. В доме было тихо. Дейв спрашивал себя, был ли он когда-нибудь одинок, и отвечал: наверное, нет. И потому, не раздумывая далее, он нажал на клавишу мышки.

На экране появилась карта. Дейв снова нажал на клавишу, потом еще и еще, изображение становилось все больше и больше, и в конце концов стрелка точно указала на то место, где в данный момент находилась Меган.

Меган и Рэя разделяло ярдов десять.

Впервые с той страшной ночи, семнадцать лет назад, Меган смотрела на мужчину, которого любила и которого оставила. Рэй, не утративший за эти годы привлекательности, с выражением растерянным и полным боли, как будто застыв на месте, тоже не сводил с нее глаз.

Меган переполняли самые разные чувства. Она не двигалась, ни о чем не думала, даже не пыталась в них разобраться. Все это потом. А сейчас она просто отдавалась им, словно качаясь на волнах: вверх-вниз. Бывшие возлюбленные — это всегда и прежде всего вопрос: «А что, если бы?…» Это всегда путь, не пройденный до конца. Но Рэй — нечто большее. Большинство связей распадается по самым разным причинам. Один перерастает другого, кто-то утрачивает интерес, у кого-то иссякает чувство, появляются различные цели и желания, наконец, у одного из них находится другой или другая.

Но к Рэю все это не имеет никакого отношения. Их с Меган разметало в разные стороны вроде как некое стихийное бедствие, и когда это случилось, ее чувство к нему — а это была любовь — осталось прежним. И у него, Меган в этом не сомневалась, было то же самое. Ни мягкого отдаления, ни резких слов, ни очерствения сердец. Сегодня они вместе, соединенные любовью. А завтра все тонет в луже крови.

Рэй вдруг сорвался с места. Она тоже — будто распахнулись прежде закрытые ворота. Они столкнулись, и от этого столкновения голова кругом пошла. Они прижимались друг к другу, не говоря ни слова, — ее щека к его груди. Она чувствовала, как под рубахой напрягаются его мышцы. Возможно, пройдет миг, и все это исчезнет, исчезнет навсегда, но сейчас ей думалось только об одном: как легко разматывается лента времени, как быстро мы возвращаемся назад и находим себя прежних, себя истинных, тех себя, которые на самом деле всегда оставались.

Один знакомый как-то сказал Меган: «Нам всегда семнадцать лет, мы всегда ждем начала жизни». Сейчас, прижимаясь к этому мужчине, она, более чем когда-либо, соглашалась с этими словами.

Они все не отпускали друг друга. Чуть ли не минуту стояли они неподвижно под внимательным взглядом «Люси».

— Мне так много о чем надо тебя спросить, — проговорил наконец Рэй.

— Знаю.

— Где ты была все эти годы?

— Разве это имеет значение?

— Нет, пожалуй.

Меган откинулась назад и всмотрелась в Рэя. На щеках его была двух-, а то и трехдневная щетина. Волосы по-прежнему взъерошены, как у мальчишки, хотя на висках пробивалась едва заметная седина. Глядя в его темно-голубые глаза, Меган почувствовала, как у нее подгибаются колени.

— Одного понять не могу, — сказал Рэй. — Зачем ты вернулась?

Меган откашлялась.

— Еще один исчез.

Казалось, она ожидала от него какой-то реакции, но видела по-прежнему лишь боль и растерянность.

— Это случилось восемнадцатого февраля, — продолжала Меган. — В тот же день, что исчез Стюарт Грин.

— Исчез? — переспросил Рэй.

— Да.

За его спиной переливалась огнями «Оранжерея Вентуры» — популярный ресторан, известный как «пивной сад». Любители пива с любопытством поглядывали на них. Меган взяла Рэя за руку и повела к дальнему концу «Люси», где располагался сувенирный магазин. Здесь их никто не увидел бы.

— Стало быть, — в голосе Рэя прозвучала какая-то странная нота, — проходит семнадцать лет, ты возвращаешься, и тогда же, не знаю, как это сказать, пропадает еще некто.

— Нет, я появилась уже потом, — возразила Меган.

— Зачем?

— Чтобы помочь.

— Каким образом?

— Помочь разобраться в том, что произошло тогда. Я старалась забыть, но он вернулся.

Рэй, в еще большей растерянности, только головой покачал:

— Кто вернулся?

— Стюарт Грин.

— Откуда ты знаешь? — Теперь в голосе Рэя появилась напряженность.