Шрифт:
— Перезвони мне, — сказала она в трубку. — Не надо так вести себя со мной.
Меган дала отбой. С одной стороны, она понимала: следовало дать ему время выпустить пар. Но с другой — все в ней протестовало против этого. Дейв знал, что она ненавидит терапию молчанием. Меган опять потянулась к телефону. Ничего, только длинные гудки. Меган начала закипать. Ночью он был само понимание. Видно, очень хотелось. Ох уж эти мужчины! Будь то дешевый ночной клуб или уютный домик в богатом районе — мужчины везде мужчины. Всех шокирует, когда героями скандальных историй становятся политики или звезды экрана, но ведь такое и с обыкновенными людьми случается. Дело привычное, и может быть, Дейв был так нежен, потому что…
Нет, это несправедливо!
Ведь не он, а она исчезла. Не он, а она лгала.
Ну и что дальше?
Меган начала прибирать в кухне — Дейв, случалось, готовил обед или ужин, но уборка всегда оставалась на ней. Через час теннис — женские пары на крытых кортах Касселтонского теннисного клуба. Меньше всего ей сейчас хотелось ехать туда, но ведь втроем в парах не сыграешь, а искать замену слишком поздно. Занятно, право, — от клуба под названием «Ла Крем» до теннисного клуба езды всего ничего.
Она отправилась наверх переодеться к теннису. Клуб придерживался старых добрых традиций — играть полагалось только в белом. Смешно, конечно. Меган подумала о своей свекрови. Может, после игры навестить ее? Вчера Агнес была буквально на взводе. Неужели это было только вчера? Ей казалось, месяц прошел.
Меган переключилась на мысли о Рэе. Сразу почувствовалась какая-то истома, но она отогнала ее при помощи важного вопроса: если Рэй не убивал Стюарта Грина, что же в таком случае произошло в тот вечер?
«Забудь, какое это теперь имеет значение? Тебя это не касается». Меган даже ускорила шаг, словно подчеркивая тем самым, сколь велико расстояние, отделявшее ее от событий того страшного вечера. И в этот момент прозвучал звонок в дверь.
Она остановилась. В наши дни никто в дом не стучит. О приходе предупреждают звонком или по электронной почте. Кроме разве что курьеров «Федерал экспресс» или какой-нибудь другой службы доставки. Но для них еще слишком рано.
Звонок повторился, и Меган почувствовала, просто нутром почувствовала, что, кто бы это ни был, ничего хорошего визит с собой не принесет, что все ее попытки утешить себя бесполезны и, коль скоро уж прошлое настигло ее, избавиться от него будет совсем не просто.
В дверь позвонили в третий раз — терпением посетитель или посетительница явно не отличались.
Меган повернулась и пошла к входу.
Глава 23
Звонок прозвучал в четвертый раз. Меган, посмотрев в смотровую щель, нахмурилась, но дверь открыла.
— Как вы отыскали меня? — отрывисто бросила она.
— По распечатке звонков на номер Гарри Саттона, — не сразу ответил Брум. — Можно войти?
— Вы же обещали!
— Не отрицаю.
— При последней встрече вы сказали, что не будете искать меня.
— Не отрицаю.
— Вы должны были связываться со мной через Гарри.
— Да я бы с удовольствием, — сказал Брум, — только вот Гарри мертв.
Еще один удар в солнечное сплетение. Меган буквально зашаталась и попятилась назад. Брум не стал ждать приглашения. Он вошел в дом и закрыл за собой дверь.
— Как это случилось? — выдавила Меган.
— Официального заключения еще нет, но все указывает на сердечный приступ.
— То есть он не был…
— …убит? Был. То есть формально это может быть квалифицировано как разбойное нападение, но в любом случае на тот свет ему уйти помогли.
— Не понимаю.
— Гарри пытали.
— Как это пытали? — Меган ощутила прилив тошноты.
— Лучше тебе не знать. Это не смертельно, но… — Брум покачал головой. — Напряжение оказалось слишком сильным. Сердце не выдержало.
Странно устроен человеческий мозг. Годами Меган думала, что Рэй убил Стюарта Грина, защищая ее. Теперь стало ясно (или почти ясно — доля сомнения все же осталась): это не так. И все же первое, что пришло ей в голову, когда она узнала про Гарри, ужаснуло ее.
Дейв знал, что она ездила в Атлантик-Сити.
Впрочем, Меган тут же отбросила эту мысль, одну из тех диких мыслей, которые возникают сами собой, и сразу становится понятно, что это бред, не заслуживающий ни малейшего внимания.
Вторая мысль — более упорная — была о самом Гарри. Она вспомнила его мягкую, ласковую улыбку, его открытость, честность — и вот такого человека замучили до смерти.
Третья мысль — от нее Меган избавиться не могла — была самой простой: это ее вина.
Меган откашлялась: