Они прошагали еще с четверть мили. Кукурузное поле сменилось соевым, потом они поднялись на вершину холма.

– А что там, внизу? – Каин указал на рощицу у небольшого пруда, стоящую на берегу деревянную скамью.

– Мое любимое место. – Сантьяго повел его вниз. – Я часто прихожу сюда. Почитать, подумать. – Он глубоко вдохнул, словно у пруда воздух казался ему слаще. – Я посадил тут цветы, но они уже отцвели. А следующих ждать еще шесть месяцев.

– Вы посадили тут не только цветы. – Каин указал на два земляных холмика.

– Здесь лежат два лучших человека, которых мне довелось встретить, – молвил Сантьяго.

– Тогда почему их похоронили в безымянных могилах?

– Кроме меня, сюда никто не приходит, а я знаю, кто в них похоронен.

Каин пожал плечами, уголком глаза уловил движение, резко повернулся. К ним приближался мужчина. Солнце выхватило белую прядь в его волосах: Хасинто.

– Я подумал, что найду вас здесь. – Хасинто повернулся к Каину: – Дождь или солнце, он каждый день проводит здесь пару часов.

– Тут очень красиво.

– Ты просто гуляешь? – спросил Сантьяго своего помощника.

Хасинто покачал головой:

– Приехал отец Уильям.

– У него нет привычки приезжать на ферму. Наверное, хотел убедиться, что Себастьян меня не убил.

– Он приехал, чтобы поговорить с мистером Каином.

– Действительно, зачем еще ему приезжать сюда, – усмехнулся Сантьяго. – Что ж, нехорошо заставлять его ждать.

Он направился к дому, Каин и Хасинто последовали за ним.

– Вы останетесь с нами на какое-то время? – спросил Хасинто.

– Возможно.

– Я на это надеюсь. Нам необходим такой человек, как вы.

– Нам нужна тысяча таких, как он, – добавил Сантьяго. – Но, к сожалению, он у нас один.

– Могу я задать вам профессиональный вопрос, мистер Каин? – спросил Хасинто.

– Задавайте.

– Что вы думаете о нашей системе безопасности?

– Отвратительная.

Хасинто бросил на Сантьяго торжествующий взгляд.

– Я уже не один месяц твержу ему об этом. Как нам ее улучшить?

– Для начала утроить число охранников и организовать круглосуточное дежурство. И постараться втолковать им, что в темноте могут видеть не только они, но и Ангел.

– А что я говорил? – обратился Хасинто к Сантьяго.

– Мы это уже проходили, – раздраженно бросил Сантьяго. – Я не желаю быть пленником на собственной планете. – Он ускорил шаг, Каин и Хасинто чуть отстали.

– Извините, что вовлек вас в наш спор, – тихо проговорил Хасинто. – Но он не разрешает привозить на Тихую гавань новых людей.

– А сколько их здесь?

– Всего?

– Не считая докторов, инженеров, техников.

– Человек пятьдесят.

– А на ферме?

– Пятнадцать, считая его.

– Ангела это не остановит.

– Надежда только на вас.

– Я еще не сказал, что останусь.

– Тогда, может, отец Уильям…

– Я в этом сомневаюсь. – Каин помолчал. – Между прочим, я могу дать вам еще один профессиональный совет.

– Внимательно слушаю.

– Если вы покинете Тихую гавань, перекрасьте волосы.

На лице Хасинто отразилось изумление.

– Перекрашу. Благодарю вас.

Они догнали Сантьяго, и остаток пути прошли втроем. Сантьяго по ходу показывал Каину достопримечательности фермы. Отец Уильям дожидался их на веранде.

– Доброе утро, Сантьяго, – поздоровался проповедник. – Привет, Себастьян. Вам здесь нравится?

– Есть такое.

– Вы ладите с хозяином?

– Вроде бы да.

– Рад это слышать.

– Я в этом не сомневался.

– Как я понимаю, вы приехали, чтобы поговорить с Себастьяном, – вставил Сантьяго. – Если хотите, мы оставим вас наедине.

– В этом нет необходимости. – отец Уильям усмехнулся. – Я здесь, чтобы передать послание от вновь прибывшего.

– Ангел? – Каин разом подобрался.

Сантьяго покачал головой:

– Он еще в системе Кантрелла.

– Тогда от кого? – спросил Каин.

– Ознакомьтесь. – Отец Уильям протянул ему сложенный лист бумаги. Писал Веселый Бродяга элегантным, каллиграфическим почерком.

Веселый Бродяга приветствует своего партнера, Себастьяна Каина, и приглашает его на аперитив в таверну «Ячменное зерно» в четыре часа сего дня, дабы возобновить дружеские отношения и поговорить об общих делах.

Каин положил бумагу на стол: