— Иду, — тихо отозвался я, начиная подниматься к ожидающим меня спутникам.

Алла по-прежнему сидела на камне, над ней, как курица над цыпленком, обнимая за плечи и что-то нашептывая, нависал старший лейтенант Шпак. — Все, поднялись и теперь быстренько делаем ноги! — скомандовав нарочито бодро, я сунул бинокль в свой валявшийся среди камней рюкзак и, накинув его на плечи, поспешил наверх к ожесточенно жестикулирующему Исмаилу. На Аллу я даже не посмотрел.

— Да у них тут настоящая пещера Али-Бабы! — пока мы поднимались, Эдик просвещал меня, откуда у них взялось такое богатство — а точнее, эта явившаяся из ниоткуда огневая мощь. — Есть все. Можно вооружить маленькую армию. «ПТУР», граники, ящики с патронами, даже три «ПЗРК» «Игла», теперь два. Нет, ты видел, как мы их уделали? — восторг совершенного его буквально пьянил. — «Апач», «Апач», вот тебе и «Апач», горит, как сука, — сделал вывод Каретников. В чем тут заключалась логика, я так и не понял.

Исмаил, Леха, Ахмед и Геннадий ждали нас наверху.

— Надо спешить, они не простят, — Исмаил-хан показал нам на остатки покоящихся под нашими ногами «Апачей», — американцы скоро вернутся.

— Идем. — Я думал то же самое.

«А сколько им понадобится времени? — машинально взглянул на часы. — И каким образом штатовцы нанесут ответный удар?»

— Леха, Эд, помогите Саиду, — бывший афганский летчик, бывший раб, поддерживаемый Шпаком, передвигался с трудом. Повязки на раненом пропитались кровью, но, слава богу, больше не кровоточили.

— Да запросто! — отозвался Леха и, оттеснив с дороги тяжело бредущего Геннадия, поспешил к афганцу.

— Я сам! — попробовал отмахнуться тот, но куда там. Ребята подхватили худое тело с двух сторон и буквально на руках потащили вверх. Чуть приотставший Ленька тащил оружие раненого, Алла, понуро опустив голову, шла следом.

Около тщательно замаскированной пещеры «Али-Бабы» мы остановились только на минутку, для того, чтобы ребята смогли забрать свои брошенные неподалеку рюкзаки с имуществом.

— Да не стану я его оставлять! — донесся до меня возмущенный голос девушки.

— Да зачем он тебе? — попробовал возразить невидимый мне Ленька.

— Пригодится, — прозвучало несколько тише, но не менее твердо.

— Да он же тяжелый! — Шпак не собирался отступать.

— Тебе какая разница? Понесу же я! — зло огрызнулась Алла.

— Понесет она, — это уже хмыкнул Леха и, кажется, тут же заполучил подзатыльник, во всяком случае, в дальнейшем он помалкивал.

— Так ты еще два запасных выстрела собралась тащить! — закинув оружие за спину, Леонид потрясал перед собой руками.

Я наконец-то сообразил, что речь идет о «РПГ-7».

— Отстань! — Алле, по-видимому, надоело препираться.

— Пусть она тащит свой гранатомет, — снисходительно проворчал Эдуард, — а мы понесем ее.

— Да пошли вы… — Алла все же не сдалась. В чем-то она, конечно, права, но сейчас нашим самым главным оружием защиты являлась скорость. С каждой уходящей секундой я чувствовал растущее напряжение. Вот-вот что-то должно было случиться. Но что именно? В то, что американцы сбросят десант и нам опять придется отбиваться, я не верил: во-первых — скалы, во-вторых — потери. Нет, будет что-то другое.

— Рафик, — тихонько окликнул меня второй летчик, тот, которого звали Ахмед.

Я вопросительно поднял брови.

— Мы остаемся прикрывать уход. Мы решили, — афганец нежно поглаживал цевье своего автомата, лицо его пребывало в спокойствии, и лишь зеленые глаза наполнялись печалью несбывшихся надежд.

— Нет, — я поднялся, стряхивая с себя усталость и давившую на сердце тяжесть ожидания. — Пойдут все, и я не спрашиваю вас, что вы хотите или что желаете. Это приказ. Хотите умереть? Скажите, — я недвусмысленно поднял ствол своего автомата, — нет, поднимаемся и идем, я не для того освободил вас, чтобы вы вновь оказались в рабстве.

— Мы не сдадимся, — прохрипел Саид.

— Вставайте и идите, — я шагнул вперед и нарочито грубо схватил за плечо Ахмеда. — Либо вместе, либо… — договаривать не следовало.

Летчики молча переглянулись, они, похоже, давно научились понимать друг друга без слов.

— Мы пойдем, — вновь прохрипел Саид и, опираясь на плечо друга, поднялся на ноги. Действие далось ему с трудом, на бледном лице выступил пот, но, пересилив себя, он сделал шаг вперед, один, второй, третий.

«Саид выдержит», — мелькнула мысль. Из-за скалы наконец-то появились наши спорщики…

Камни, сплошные коричневые камни, без единого клочка зелени, неровные, один над другим, серость и тут же рядом завораживающая красота, стоит только бросить взгляд вдаль на поднимающиеся в поднебесье пики, украшенные белыми шапками за тысячелетия спрессованного в монолит льда. Несмотря на недостаток кислорода, шлось мне легко. Возможно потому, что было нежарко — мы забрались достаточно высоко, чтобы почти не ощущать поднимающегося снизу жара, а ветер, налетающий с вершин, так и вовсе приносил холод. Но наслаждаться передышкой пришлось недолго — американцы дали о себе знать через тридцать семь минут от того момента, как я, взглянув на свои командирские, дал команду на выдвижение…