– Нет, не нахожу.

– Ой ли, господин директор... Вы же не в Думе, не у Президента или генерального прокурора. Зачем же задом юлить - чай не на сковороде. Две квартирки в Москве, купленные именно на ваши денежки, ваш счет в оффшорах не на ваше имя, естественно - это куда отнесем? Куда отнесем фактически вашу, а официально нет, собственность? И зачем вам столько денег, весьма бедному человеку относительно олигархов? Вы их до смерти даже потратить не сможете, но хапайте и хапайте. Может и вас, Александр Васильевич, тоже к стенке поставить?

Бортовой оторопел от такого поворота в разговоре и не знал, что предпринять. Был бы это не Посланник, а другой человек - скончался бы просто, быстро, а главное - своей смертью, как гласило бы заключение. Но "бы" - есть бы. И никуда от этого не деть-ся.

– Не забывайтесь, Николай Петрович, не забывайтесь. Вы тоже не копейки полу-чаете - в разы больше меня.

– О-о, Александр Васильевич, что значит неумелая защита, когда необходимо на-падение? Обычно - полный проигрыш. Но не об этом сейчас. Где выстроенная идеология государства в плане подрастающего поколения? Правильно - между ног. А конкретно - пусть каждый сам определится у кого где. Находит ли работу молодежь, заканчивающая ВУЗы? Находит, но часто или чаще всего, трудно сказать, не по полученной специально-сти, а там, где пристроится или пристроят, чтобы получать побольше. Где моральные цен-ности, опять между ног? Раньше, мне помнится, девчонки, если парень в армии не отслу-жил, и знать его не хотели, а сейчас? Отмазался от армии - наш человек, умеет крутиться, за такого и замуж можно пойти. Геев расплодилась уйма - шествия, митинги, журналисты о них пишут. А почему не напишут для чего нужна жопа? Кому не понятно - можно зашить и дать слабительное...

Бортовой расхохотался.

– Ну и поворотики у вас, Николай Петрович...

– Поворотики... разве это поворотики? Нет, я не против иерархии и она должна быть, как есть музыканты, художники, писатели, строители, врачи, учителя, рабочие, ин-женеры, ученые, бизнесмены и так далее. Но почему у одних миллиарды, а у других тыся-чи, и то, если есть? Разница обязана быть, но не в миллионы раз. Тогда и никчемность са-ма вымрет, бомжи, например, их просто не станет естественным путем. Каждый получает по труду, способностям и старанию, войны, как получение сверхприбыли, тоже отомрут натурально и непринужденно. Министры... они понятно нужны. А где главный министр - министр идеологии? Тот, который создаст концепцию на своих, народных скрижалях и станет воспитывать молодежь. А может нужно начать с депутатов? В низы само собой скатится. Как вы считаете, Александр Васильевич?

Бортовой решил не показывать своей явной неготовности к такому разговору. Да и должность, как он считал, не позволяла говорить свободно о некоторых вещах.

– Давайте вернемся к нашим баранам, Николай Петрович, прошлый раз мы затра-гивали Сирийский вопрос и по существу создание некой программы обеспечения безо-пасности. Вы говорили о невозможности нанесения странами НАТО ракетно-бомбового удара в настоящее время по Сирии и по нашей стране в целом.

– А кто или где здесь бараны?
– Посланник усмехнулся.
– Но присказка - есть присказка, перейдем к сказке.

Посланник повернулся и показал рукой в сторону дома. Обратно шли молча, то ли слушая звуки леса, то ли переваривая свое. Каждый хотел высказаться, но этого желания накопилось столько, что не выплеснуть в одночасье.

В доме он представил директору сотрудника ФСБ.

– Вот, господин директор, майор Покровский Владимир Сергеевич. Он у Сума-неева служил в отделе... короче программист. Ты присядь, майор, не стой столбом, - По-кровский посмотрел на директора.
– Ты меня слушай, директор пока тебе не начальник, не тянись, не замечал в тебе этого ранее. Мы сегодня и определимся, кому ты подчиняться станешь - ему, министру обороны или Президенту, как главнокомандующему, лично.

Покровский немного замешкался, но присел на краюшек кресла. "Как все-таки в народе вбито это чинопочитание", - подумал Посланник.

– Я взял этого майора, как хорошего программиста-компьютерщика, - начал По-сланник, - и он прекрасно выполнил всю техническую работу. Много, конечно, и крови попил, то это ему дай, то другое. Но в целом все правильно - молодец, хвалю.

Покровский вскочил.

– Да не прыгай ты, майор, не сбивай с мысли. Пришлось и компьютер ему новый сделать, помощнее любого из существующих.
– Посланник уже обращался к директору.
– Он сам его и сделал, я лишь подсказал как. Сейчас этот комп отслеживает все сущест-вующие боеголовки на земном шарике, ядерные боеголовки, естественно. Отслеживает и обычное оружие, но там, где это необходимо. В настоящее время, например, все оружие, все ракеты кораблей и самолетов в Средиземном море. Компьютер не отслеживает стрел-ковое вооружение - пистолеты, автоматы, винтовки - но может отследить любую артил-лерию, танки, например, тоже.

– Но их же тысячи... такой объем,..
– удивился директор.

– Миллионы вы хотели сказать, Александр Васильевич. Да, это много, но и ком-пьютер мощный. Он не только просто отслеживает местоположение, он может показать видеокартинку в реальном времени. Можно посмотреть конкретный танк, орудие или ко-рабль, например, самолет, ракетную шахту, словно рядом стоит оператор и снимает все на камеру.

– Невероятно!
– Бортовой не скрывал восторга.

– Но, это мелочи, Александр Васильевич, - улыбнулся Посланник.

– Ничего себе мелочи... Мы же можем знать, Ни...

– Стоп, обращайтесь ко мне или генерал, или шеф, - Посланник посмотрел на По-кровского.

– Да, да, вы правы, генерал, - кивнул головой директор.

– Мы не только можем знать количество, местоположение, но и просканировать любой самолет, танк, корабль, ракету. Все тактико-технические параметры нового оружия компьютер выложит, как на блюдечке. И это еще не все - лишь цветочки. Я создал кое-что новенькое и назвал это вирусом, а сам вирус Ястребом. Не знаю почему, но так назвал. Он уже запущен в систему и отследить его современными средствами невозможно. Благодаря ему, Александр Васильевич, мы или лучше сказать вы, зайдете в любой компьютер ЦРУ. Можно произвести запуск любой ракеты с введенными новыми параметрами цели или просто уничтожить ее на любом этапе. На складе, в шахте, в полете - где угодно. И не только ракеты, напичканные электроникой, Ястреб уничтожит любой снаряд или снаряды, бомбы в необходимое время. Все это уже есть, существует в реальности, компьютер не ломается. Необходимы лишь еще два-три оператора, прямой командир у них уже есть, - Посланник посмотрел на майора, - и решить вопрос с подчинением. Полагаю, что это должно быть отдельное подразделение. Пусть и маленькое, из четырех человек, но в штате министерства обороны с подчинением только главнокомандующему. Засекретить подразделение так, чтобы и министр обороны толком ничего не знал и вы забыли, - Посланник улыбнулся.
– Этот вопрос отдаю на откуп вам, Александр Васильевич, переговорите с Президентом и определитесь, я свою точку зрения высказал. А вы, майор, - он обратился уже к Покровскому, - пока не будет конкретного письменного решения главнокомандующего, подчиняетесь лично мне. И никакой информации, ни директору ФСБ, ни министру обороны, ни черту с ладаном не даете. Даже общение на бытовые темы запрещаю, это приказ, майор.