– Да, майор, хорош. А если бы индийская сторона стала задавать вопросы - ведь за груз отвечаешь ты, а не капитан Муравьев? Разболтались... Ладно, иди в кабину, всем пока быть на месте. Потом вас отвезут и допросят. Выполняйте, майор.

– Есть, товарищ генерал.

Суманеев закурил. Потом обратился к Синицину:

– Видишь, что творится, полковник. Командир не знает, что везет, кто бы там в это поверил? Международный скандал был бы огромный. Кстати, установили, кто на те-лефон дежурного позвонил?

– Нет, товарищ генерал, не установили. Звонок анонимный с телефон-автомата, голос исследуется.

– Если бы не этот звонок и адекватная реакция Брунова - просрали бы мы здесь все. Возьми его себе в помощники, толковый мужик и расследование грамотно, напористо начал.

– Есть, товарищ генерал.

– Что ты заладил - есть, да есть. Работай и докладывай, держи в курсе. Удачи, полковник, вечером жду.

Суманеев пожал руку и уехал.

День пролетел, как одна минута. За суматошной чередой оперативно-следственных мероприятий некогда было даже поесть. Не хватало людей и техники, тор-мозили эксперты, хотя и работали с полной отдачей. Не хватало главного - времени. Одно цеплялось за другое, экспертизы требовали времени, а его не хватало, сбор фактов требовал времени, оперативная информация требовала проверки и даже допросы, основанные на этих фактах и экспертизах, требовали времени.

Синицин доложил генералу, сделанное за день, откинулся на спинку кресла.

– Устал, Олег Игоревич?
– Спросил, жалея Суманеев.

– Очень устал и не ел ничего, аж ноги подкашиваются.

– Да-а, заварили мы кашу, но что поделать? Иди - покушай, выспись и с утра ко мне, обсудим план действий. Хотел сегодня, но вижу, что никакой ты. Завтра жду.

Раздался телефонный звонок сотового, Синицин ответил.

– Фролов, не в службу, а в дружбу, Олег Игоревич, ты бы не мог к нам сейчас подъехать?

Синицин вздохнул.

– Иван Сергеевич, хоть в дружбу, хоть в службу - не могу сейчас. Вымотался весь и ты знаешь, чем я сейчас занят, не до Посланника в этот раз.

– А он и хотел с тобой на эту тему поговорить.

– Ну, знаешь, Иван Сергеевич, кто же разрешит с ним такой информацией делить-ся? Сам-то понимаешь, о чем просишь?

– Понимаю - поэтому и прошу.

Суманеев замахал рукой, прося телефон.

– Добрый вечер, Иван Сергеевич, это Суманеев. Я все понимаю, но у каждого своя работа. У Посланника своя, у нас своя. Так что не проси.

– А он сам хочет вам пару слов сказать.

– Давай, в этом отказать не могу.

– Петр Степанович, добрый вечер. Я понимаю, что вы не согласитесь, но я бы мог вас убедить. Но в таком случае вы не решитесь. Так что просьба будет одна - минут пять из кабинета не уходите.

Посланник отключил связь разговора. Суманеев задумался, спросил, как бы ни к кому не обращаясь:

– Что он задумал? У него оборонка, у нас шпионаж с хищением. Как эти два мо-мента связаны?

Синицын пожал плечами, он тоже не знал.

Раздался звонок телефона прямой связи с директором.

– Сейчас и выясним, - Суманеев снял трубку.
– Слушаю вас, товарищ генерал-полковник, Суманеев.

– Ты прямо сейчас езжай к Посланнику, расскажи ему все, план действий с ним скорректируй. Самолет закажи и вместе с ним сразу ко мне. Выполняй, - директор пове-сил трубку, не спрашивая и не объясняя ничего.

– Все слышал?
– Спросил Суманеев Синицина, - тогда поехали. Вот тебе, бабуш-ка, и Юрьев день, шпионаж и оборонка.

Михайлов встречал гостей.

– Вы извините, господа, но, если уж я прошу, значит не просто так. Вы, Петр Сте-панович, расскажите все по порядку, а Олег Игоревич пусть поест, не кушал наверняка ничего. Какие-то детали упустите - он дополнит.

На столе уже стоял один прибор с едой. Суманеев с Синициным уже ничему не удивлялись и не возражали.