— Нам лучше подождать его или идти вперед?

— Я лучше пойду сама, чем меня потащат силой. Возможно, он не применит его, если я приду добровольно.

Она двинулась вперед. Черная змейка, уже скользнувшая на мост, замерла, поджидая, пока они сойдут с серебристой тропы. Когда Алиса оказалась перед лентой, та начала отступать. Шаг за шагом она змеилась обратно. Дойдя до конца моста, Алиса помедлила в сомнении, и лента сделала движение в ее сторону. Алиса решительно шагнула на скалу, и змейка продолжила отступление.

— Пришли,— сообщила она Калифрики.— Перед нами несколько выступов наподобие грубой лестницы.

Алиса начала карабкаться вверх, и, как только она добралась до песчаной плоскости, сифон исчез в колодце. Она продолжала идти вперед, глядя по сторонам. Подойдя к колодцу, она остановилась и заглянула туда.

— Мы у колодца,— сказала она, и Калифрики, убрав руку с ее плеча, потянулся, чтобы ощупать кирпичную стенку.— Он пронизывает весь этот... астероид,— продолжала она.— Точка — черная дыра — внизу, в центре. Сифон обвивается вокруг внутреннего периметра. Он сжимается, так что вполне может поместиться внутри конструкции. Внизу я вижу яркое вращение диска. Он далеко внизу — возможно, на полпути до другого выхода.

— Стало быть эта вселенная пожирается изнутри,— сказал Калифрики.— Интересно, не это ли причина вибрации?

Она прошла мимо красного пятна и черепа, чтобы взглянуть на нишу, из которой выпал череп. Второй череп еще покоился там вместе с коллекцией щипцов, дрелей, молотков и цепей.

— Здесь орудия пыток,— заметила Алиса.

Калифрики между тем шагал по площадке, трогая все, с чем сталкивался. В конце концов он остановился около колодца. Оглянувшись, Алиса увидела, что радуга покоится на его плечах.

Вдруг, перекрывая вздохи ветра, донесся голос.

— Я убью тебя, Алиса,— сказал он,— Очень медленно и очень больно.

— Почему? — спросила она.

Голос, казалось, исходил со стороны черепа в нише. Насколько она помнила, то был голос Нельсора.

— Все остальные мертвы,— сказал он.— Теперь твоя очередь. Зачем ты вернулась?

— Я пришла помочь тебе,— сказала она.— Если смогу.

— Зачем? — спросил он, череп повернулся так, что глазницы устремились на нее.

— Потому что я люблю тебя,— ответила она.

Раздался сухой смешок.

— Как любезно с твоей стороны,— сказал голос.— Музыкальный аккомпанемент этому нежному признанию. Алисы, песню, пожалуйста.

В ту же секунду ужасные завывания возобновились, на этот раз совсем близко. На черной стене справа возникли шесть обнаженных женских фигур, дубликатов Алисы, подвешенных на цепях. Они были покрыты синяками и ссадинами, но не изуродованы. Их глаза рассеянно блуждали, не фокусируясь на предметах. В конце этой страшной шеренги висел набор цепей без пленницы.

— Когда я разделаюсь с тобой, ты присоединишься к моему хору,— продолжал голос Нельсора.

— Разделаешься? — переспросила она, вынимая из ниши пару щипцов.— При помощи этого?

— Разумеется,— был ответ.

— Я люблю тебя, Нельсор.

— Тем интереснее окажется развязка.

— Ты безумен.

— Я этого не отрицаю.

— Ты можешь забыть обо всем этом и дать мне помочь тебе?

— Забыть? Никогда. Здесь все подчиняется мне. И я не ищу твоей любви или твоей помощи.

Она взглянула на Калифрики, и он снял с плеча лук и вынул из колчана стрелу, наконечник которой радужно вспыхнул.

— Если твой друг желает проделать дырку у меня в голове, мне это безразлично. Я все равно не выпущу злого духа, сидящего во мне.

— Ты можешь восстановить свое тело и уйти со мной? — спросила она.

И вновь смех.

— Я не покину этого места, не покинешь его и ты,— сказал он.

Калифрики положил стрелу на тетиву.

— Не сейчас, Айдон! — закричал Нельсор. Затем продолжил: — Или, может, твой друг хочет пустить стрелу в глубь колодца, чтобы разрушить точку? Если он на это способен, любым способом склони его к этому. Ибо только разрушив эту вселенную, он сможет спасти тебя от моего гнева.

— Вы слышали его, Калифрики? — спросила она.

Калифрики натянул тетиву.

— Ты дура,— сказал Нельсор,— если привела с собой — из всех возможных вариантов — лучника, чтобы уничтожить меня... одного из тех легендарных стрелков, как я полагаю, кому не нужно даже видеть цель... и противопоставила его мертвецу и черной дыре.

Калифрики резко повернулся, отклонился назад, целясь стрелой в невидимую мишень у себя над головой.

— ...К тому же он дезориентирован,— добавил Нельсор.