— А меня дядя Коля, наверное, врачи замучили, боишься их?

— Уже не боюсь, надоело все, — по-взрослому ответил Виктор, — мама сказала, что вы хороший, у нее все хорошие, но вы лучший и у меня есть шанс…

Михайлов поразился зрелым рассуждением этого девятилетнего мальчика. «Или от природы такой, или, скорее всего, его взрослила болезнь, сколько же ему пришлось выстрадать бедному», — думал он.

— Давай, Витек, разденемся, и я посмотрю тебя.

Он помог ему раздеться и положил на диван.

— Спать, — приказал Михайлов и начал осматривать больного.

«В чем только душонка держится, — разглядывая исхудавшее тело, думал он. — А эта синева под глазами, настоящий дистрофик».

Михайлов начал работать с костным мозгом, он запрограммировал первопричинные, злокачественные клетки на самоуничтожение и, когда они погибли, стал регенерировать здоровые, как бы заполняя пустоты. Костный мозг уже продуцировал нормальные, здоровые клетки крови. Наконец, он закончил и сказал:

— Я рад за тебя, мальчик, проснись!

Виктор открыл глаза.

— Одевайся, маленький, теперь ты будешь совсем здоровым.

— Совсем, совсем?

— Совсем, совсем.

— И мне не надо завтра ехать в больницу на переливание?

— Не надо. Тебе, дорогой, не нужно больше переливание крови, ни какие таблетки и уколы. Ты здоров, Витек, я тебя вылечил, пока ты спал.

— Ура-а-а! — закричал мальчик, обняв дядю Колю за шею, прижался к нему всем своим хиленьким тельцем.

В комнату на крик сразу же прибежали все Алла Борисовна, Любовь Ивановна и Вика.

— Мама, мама, дядя Коля сказал, что нам завтра не надо ехать в больницу, ложиться на переливание, дядя Коля сказал, что я здоровый!

— Конечно, здоровый, — он согнул Витину руку в локте и потрогал бицепс, — вон какой богатырь! Были бы кости, мясо нарастет.

Все ждали объяснений, Любовь Ивановна умоляющими глазами смотрела на Николая Петровича, губы ее начали подрагивать.

— Одна просьба, — начал Михайлов, — без слез и женского рева. Договорились? — посмотрел он в сторону Любовь Ивановны.

Она кивнула.

— Я уничтожил злокачественные, так называемые юные клетки крови. Костный мозг у него сейчас работает в норме, пересадка не нужна. И вообще никаких лекарств и таблеток. Фрукты, витамины, полноценное питание — это все, что ему сейчас необходимо. Кроме, как недостатком веса, ваш мальчик ничем не страдает. Он абсолютно здоров!

Любовь Ивановна упала на грудь сестре и зарыдала.

— Мама, ты же говорила, что врачей нужно слушаться, а сама плачешь.

Она обняла сына, смахивая все еще бежавшие слезы.

— Правильно, Витенька, правильно, я больше не буду, — и виновато посмотрела на Николая Петровича.

— Я пойду на кухню, покурю…

Женщины остались с мальчиком, обсуждая выздоровление, радовались. Ни у кого не зародилось и капли сомнения, что Виктор не здоров. Чудотворное излечение Вики служило ярким примером. Сколько пережито горя, сколько страданий перенесли сестры и дети, сколько исхожено дорог по врачам и больницам в безнадежных поисках и надеждах. Только русским матерям под силу перенести такую тяжесть страданий, только они готовы отдать за своих любимых сыновей и дочерей все, включая жизнь.

Вскоре все собрались на кухне, Вика спросила:

— Николай Петрович, вы волшебник?

Михайлов засмеялся.

— Я не волшебник, я только учусь, — подражая голосу юного героя «Золушки», ответил Михайлов и, улыбаясь, продолжил: — Я владею определенными методиками, которыми не владеет никто.

— Но, вы должны быть знаменитым!

— Надеюсь на это. Открыл я эти методики и стал использовать совсем недавно. Это результат кропотливого, упорного труда.

Михайлову стало немного стыдно, но он не мог ответить по-другому, его бы просто не поняли. Он задумался, почему он стал способным лечить такие болезни быстро и эффективно. В голову возвращалась сверлящая боль, пришлось прогнать вопросы и еще раз убедиться, что боль приходит с ними, словно кто-то не хотел, что бы нашелся ответ.

— Николай Петрович, помните: я вчера говорила о пятидесяти тысячах — мы собрали двадцать, я вам завтра занесу их или лучше съезжу за ними прямо сейчас.

— Любовь Ивановна, я вылечил вашего сына не за деньги, но помочь вы мне можете.

— Каким образом? Я сделаю все, что в моих силах и, пожалуйста, зовите меня по имени, я младше вас и стольким вам обязана, — она посмотрела на Аллу Борисовну.

— Да, да, и меня тоже.

— Хорошо, милые мои девочки, а помочь мне просто. Вы, Люба, сходите с Виктором к своему лечащему врачу, скажите ему, что некий доктор Михайлов вылечил вашего сына. Он, конечно, не поверит, этот вид лейкоза на данном этапе считается неизлечимым. Они сделают анализы и убедятся, что ребенок здоров, убедитесь в этом и вы.