Патти подошла и взяла Джинджер за руку.

– У вас обоих все получится, - настаивала Патти.
– Это будет весело!

Серьезность близняшек на кухне была комичной. Они очень медленно отмеряли каждый ингредиент, внимательно и подробно проверяли, потом проверяли еще раз, пока Патти выбегала перевернуть курицу. Через некоторое время девочки расслабились и мы начали непринужденно болтать. Патти с легкостью нашла общий язык с Джинджер. Когда мы все смеялись, я поняла, что Джинджер беззаботно хохотала и это было своего рода развлечение. Особенно для меня. Джинджер поймала мой взгляд и выпрямилась, улыбка исчезла. Патти посмотрела на нее проницательным, мудрым взглядом. Она не пропустила значение всех ее жестов.

Когда она вернулась с готовой курицей-гриль, Джинджер сказала:

– Ох, она пахнет восхитительно, мисс Патти.

Кто бы мог подумать, что эта девочка может сделать комплимент? Патти улыбнулась и поблагодарила ее.

Джинджер была так горда своими кексами, когда они были готовы, что сделала несколько снимков себе на телефон. Она даже хотела сфотографироваться вместе с Патти, держащей пирог, что вызвала у Патти вспышку материнской любви.

Я еле сдерживала приступ ревности, когда Патти обучала Джинджер. Это было настолько мило, что мои глаза защипало. Марна мельком бросала любящие взгляды на свою сестру.

– Эту часть я сделала сама, - сказала Джинджер Марне, указывая на глазурь.
– Великолепно, правда?

– Удачная работа, Джин, - Марна обняла свою сестру.

Нам было удивительно хорошо вчетвером. И все-таки, моя кожа постоянно зудела от предстоящего путешествия в Калифорнию.

Я расстроилась когда близняшкам пришла пора уезжать. Я проводила их к арендованной машине после того как они крепко обнялись с Пэтти.

Мы стояли у тротуара, Джинджер ударила свою сестру в плечо.

– Ты должна сказать ей.

Марна бросила язвительный взгляд на Джинджер, я никогда не видела ее такой. Волнение, которое я испытывала на протяжении всего обеда, быстро вернулось мрачным предчувствием.

– Рассказать мне что?
– Спросила я.

Сестры обменялись понимающими взглядами. Мы с Марной так и стояли, глядя друг на друга, пока меня не осенило. Я только что поняла.

От шока я перешла на шепот.

– Ты сказала ему, да?

– Нет!
– ответила Марна, и ее голос тоже дрогнул.
– Абсолютно нет. Он спрашивал меня и… и… я сказал ему нет! Но…

Джинджер снова обернулась ко мне.

– Ты должна знать, что Марна наихудший лжец во всей истории. Большинство людей, вероятно, и не заметили бы, но Кай и я развеселились, потому что она всегда делает паузу перед тем как солгать - как будто она придумывает в голове целую историю, прежде чем все выложить.

О нет. Он знает. Я закрыла свой рот, чувствуя боль.

– Мне так жаль, Анна, - прошептала Марна.

– Что он сказал?
– потребовательно спросила я.

Она прочистила горло и изящно заговорила.

– Он не позволил мне все объяснить. Он просто продолжал говорить, что должен идти.

– Скажи ей все, - подтолкнула Джинджер.

– Есть что-то еще?- спросила я. Я снова почувствовала боль.

Марна испуганно перевела взгляд на свою сестру.

– Что?- спросила Джинджер.
– Она должна знать.

– Да, должна,- я скрестила свои руки, подражая Джинджер, меньше всего из-за гнева, а больше из-за того, что пыталась утешить себя, что все будет хорошо.

Марна выглядела несчастной, когда она пробормотала:

– Он позвонил мне из бара, в котором был со своими приятелями из группы и другими ребятами из студии.

– Другая Анна тоже была, правда?
– спросила я. Мой голос голос прозвучал немного злее, и Джинджер подняла свои выщипанные брови, пораженная мной.

– Да, - ответила Марна.
– Она пыталась собрать всех ребят у себя, и Кай согласился, он сказал, что с ним все будет в порядке. Но он не был в порядке. Он окончательно запутался.

– Так что случилось?
– Я могла чувствовать, как пульс стучит у меня в ушах.

Марна покачала головой, давая понять, что не знает как сказать, и тогда ответила Джинджер.

– Вероятно, этот ублюдок сдался и попался на крючок. Без сомнения, он думал о тебе, когда он делал это «Ох, Анна…»

– Джин! Нет. Хватит!

Но Джинджер не останавливалась.

– Интересно, он был злым, грубым или милым…

– Заткнись!
– Я закричала на нее, и она растянула свои губы в улыбке, когда я повернулась к Марне.

– Ты вообще собиралась мне рассказать об этом?