– Это случилось после разговора с Марной. Я был уверен, что ты и Коуп вместе, хотя Марна сказала, что это не так. Я был уверен, что ты любишь его. Те дни были ужасными для меня.

Мое давление зашкаливало, но я старалась думать о том, что, должно быть, он чувствовал тогда, и какие чувства одолевали бы меня, окажись я на его месте. Ревность холодным ножом пронзала меня. Закрыв глаза, я облокотилась о стиральную машину.

– Ты спал с ней?

– Нет. До этого почти дошло, но нет, - он запнулся и тихо проговорил, - остановиться было совсем не трудно. Совсем не так, как в случае с тобой.

Я не открывала глаз. Ненавижу все это. Как несправедливо, что другая Анна может быть с ним - или почти быть - тогда как я, любившая его, должна была держаться на расстоянии и постоянно быть настороже. Я сгорала от ненависти, представляя, как он шепчет “Анна”, обращаясь при этом к ней, а не ко мне.

– Я все испоганил, правда?
– спросил он. Я открыла глаза - он был в том же положении, не убрав рук с головы. Его взгляд был опустошен.
– У меня так долго получалось вести правильно, Анна. Ты даже не поверишь, насколько хорош я был. Почти восемь месяцев я не работал. После того, как Коуп позвонил мне, я ожидал услышать что-нибудь о вас двоих, но Марна снова и снова повторяла, что между вами ничего нет. Увидев тебя на День Святого Валентина, я уже готов был рассказать тебе все. А потом я опять позвонил Марне, уверенный услышать очередное “нет”, но она начала колебаться….и у меня не осталось больше причин поступать правильно.

Рассказывая об этом, он открылся мне больше, чем когда либо, и было заметно, что каждое слово дается ему с трудом.

Я хотела сойти с ума. Кричать на него за его глупость, когда дело касалось чувств. За то, что был таким осторожным со мной и таким беззаботным во всем остальном. Он видел боль в моих глазах. Я была уверенна в этом, потому что его собственные глаза отражали тоже самое. Сколько еще страданий мы могли вынести? Сколько времени потратим впустую?

У нас была одна ночь. Прямо сейчас. Я протянула ему руку. Кайден пару мгновений посмотрел на нее, а потом протянул свою навстречу. Сжав его ладонь, я потянула его к себе.

– Довольно, - сказала я.
– Больше никаких попыток сбежать.

Словно боясь поверить в происходящее, он склонился надо мной, чтоб поцеловать дорожку, оставленную слезами на одной щеке, потом на второй и прошептал:

– Больше никаких попыток.

Переполняемая эмоциями, я обхватила его лицо ладонями.

– Теперь ты будешь бежать лишь навстречу мне - проговорила я и потянулась к его губам.

Он придвинулся ко мне как можно ближе, пока моя спина не уперлась в стиральную машину и стоявшую на ней сушилку. Одно его колено оказалось между моими ногами.

– Лишь к тебе, - прошептал он, обжигая мои губы своим горячим дыханием.
– Клянусь.

Наш поцелуй стал горячным, сводящим с ума. Жадными руками мы тянулись все ближе друг к другу, пока Кай не остановился, чтобы на выдохе прошептать мне в ухо:

– Позволь мне еще раз посмотреть на тебя.

– Что?
– я попыталась чуть отодвинуться, чтобы взглянуть на него, но Кайден сжал меня крепче и, поцеловав мою родинку над губой, склонился к уху и таким же низким голосом произнес:

– Позволь мне раздеть тебя. Не полностью … лишь так, как ты была сегодня у Блейка. Пожалуйста. Дай мне еще раз посмотреть на тебя.

Ох.

Я отсчитала пять ударов своего сердца. Посмею ли я? Но мне хотелось этого. Хотелось расширить с ним границы дозволенного. Я кивнула и почувствовала, как его пальцы ухватились за край моей майки. Я подняла руки вверх, и он, стащив ее, бросил майку у наших ног. Сверху на мне остался лишь розовый бюстгальтер. Что бы все было честно, я нашла край его футболки и потянула ее, позволяя пальцам пробежаться по его накачанным бокам. Он издал короткий стон и начал снова целовать меня. От соприкосновения наша обнаженная кожа готова была вспыхнуть. Через какое-то время Кайден опять прервал поцелуй. Тяжело дыша, он нашел мои глаза и на этот раз провел пальцем вдоль границы моих шорт, задевая чувствительную кожу бедер и живота. Мое дыхание сорвалось, когда он расстегнул пуговицу, затем молнию, все это время не прерывая наш зрительный контакт, будто стремясь запечатлеть в памяти каждую мою реакцию.

Когда шорты упали, я отпихнула их в сторону, чувствуя себя безумно обнаженной, даже несмотря на то, что по сути быть в нижнем белье означало то же самое, что и быть в бикини. Кайден снова отстранился на несколько сантиметров, чтобы оглядеть мое тело. После этого зажмурился и поднял голову к потолку. Его Адамово яблоко сделало движение вверх-вниз, когда он нервно сглотнул. Не открывая глаз, он пробормотал просьбу.

– Позволь мне поцеловать тебя.

– Окей, - прошептала я.

– Нет, - уперевшись руками в стоявшую за моей спиной сушилку, он впился в меня глазами.
– Мне нужно поцеловать твое тело.

Оу…да-ох-да…

– Окей, - с трудом удалось выдавить мне.

– Не позволяй больше снимать с тебя одежду, - предупредил он меня, - ни при каких обстоятельтвах.

– Окей, - снова прошептала я. Видимо, это было единственное слово, которое я сейчас способна была произнести.

– Обещай мне, Анна.

– Я обещаю, - сказала я, хотя чувствовала себя очень слабой. Я знала, что должна быть сильной в этот раз. Мы не могли повторить инцидент в номере отеля.

И сжав руками мою талию, Кайден обжег мое плечо своими горячими губами. Я судорожно хватала ртом воздух, когда его руки внимательно изучали каждый сантиметр кожи моего живота и спины, а его рот начал проделывать путь вниз по моему торсу, талии и бедру, останавливаясь, чтобы поцеловать каждую встречающуюся на его пути родинку до тех пор, пока не оказался на коленях. Пристально рассматривая голубое сердечко, мило свисавшее из моего пупка, он сказал: