Шрифт:
Но тут и случилось то самое чудо.
Сперва у обоих вертушек вдруг заклинило оружие.
Они пронеслись над самыми головами Ходжахмета и Пакистанца, пронеслись… Начали было новый разворот на боевой… Начали… И вот второе чудо — у одного вертолета разом заглохли обе турбины… И второй что-то закачался и с трудом, накренившись, стал уходить…
Вертолет со скрежетом рубанул лопастями несущего винта по склону горы.
Рубанул, упал, перевернулся, покатился…
Покатился, загорелся…
Разве это не чудо?
Разве это не чудо?
Ведь никто не стрелял!
У них даже никто не успел и расчехлить ПЗРК…
Вертолеты сбил Пакистанец.
Сперва он заклинил им оружие, а потом остановил электронику, управляющую полетом.
И это было чудо.
И этого чуда теперь и отныне было достаточно для того, чтобы Ходжахмет поверил Пакистанцу.
Они вернулись в лагерь вдвоем.
Все остальные бойцы были убиты.
На них же, на Пакистанце и на Ходжахмете, не было ни царапины.
И отныне они были единомышленниками.
Ходжахмет теперь верил — будущее их победы в создании сети из чистых проводников.
Старцев решил показать запись передачи генералу Ерохину — послушать, что тот скажет. В конце концов, может быть, это у него, у Старцева, старика, совсем крыша едет? Или нет…
С большого плазменного экрана на генералов глядел моложавый мужчина в кожаном пиджаке и сером свитерочке-бадлончике.
— Это Баринов? — спросил Ерохин.
— Это Булыгин-Мостовой, — ответил Старцев и нажал кнопку «пуск» на пультике дистанционного управления.
Изображение сразу ожило…
— Дело в том, что Запад как цивилизация идет своим путем от постепенного расширяющегося познания мира. Так была изобретена и атомная бомба. Было накоплено определенное знание в физике, химии, электронике и материаловедении, и барьер был преодолен, — говорил с экрана человек в кожаном пиджаке. — Это как в компьютерной игралке-бегалке-стрелялке: пока не пройдешь все этапы своего уровня, на следующий уровень подняться не сможешь.
— А есть иной путь? — спросил другой участник телепрограммы.
— Есть, — кивнул Булыгин-Мостовой, — немцы пытались найти этот путь, работая в Вевельсбурге…
Но их беда была в том, что они не собрали свой компьютер и свой магический Интернет полностью и смогли только выдергивать информацию из мирового банка информации — частично и бессистемно. Так, например, они выдернули информацию о технологии летающих тарелок, но не смогли к этой технологии заполучить сведений о двигателях, горючем и электронике. Поэтому их летающие тарелки с обычными бензиновыми двигателями выглядели очень и очень жалкими подобиями настоящего оружия будущего.
— Зато им удалось выдернуть информацию по ракетным технологиям, — заметил другой участник…
— Кто это? — спросил Ерохин.
— Это профессор Баринов, — пояснил Старцев, — этот тоже много чего знает.
А на экране двое ученых обсуждали интереснейшие проблемы.
— Да, это был Вернер фон Браун, — кивнул Булыгин-Мостовой, — ведь это был чудо какой прорыв, ведь до сих пор Россия летает в космос на той же самой практически без модернизации и переделки «Фау-2», только составленной в пакет. И кстати, составление «Фау» в пакет — это ведь тоже идея немцев! Причем почерпнутая из того же магического Интернета… И в этом тоже есть свое, если угодно, чудо, подтверждающее то, к чему мы теперь перейдем.
— Да, — кивнул Баринов, — обратите внимание, американцы вывезли в сорок пятом все заводы «Фау» и самого Вернера фон Брауна, а русским-советским досталось только несколько целеньких «Фау», найденных нашими танкистами в Пенемюнде… И что? Американцы забуксовали, и их «атласы» никак не хотели летать. А наша «семерка» полетела. Полетела вперед их «Атласа», хоть там, в Америке, и был сам Вернер фон Браун. Почему?
— Точно, почему? — спросил Ерохин неизвестно кого — то ли командующего, Старцева, то ли этого профессора с экрана.
— И еще одно «почему», — продолжал Булыгин-Мостовой, — почему почти половина ученых из группы Оппенгеймера согласилась передавать технологию атомной бомбы русским? И почему академик Сахарновский, когда сделал водородную бомбу, сразу вдруг заделался антисоветчиком и правозащитником? Вам не кажется это странным?
— Мне не кажется! — воскликнул Ерохин, хлопая себя по колену. И уже обернувшись к Старцеву, добавил: — Хороших знатоков вопроса вы нашли, товарищ командующий, хороших знатоков!