— Миша, я очень рад, что судьба нас свела вместе. Наша встреча перевернула всю мою жизнь. Чувство агрессии и злобы куда-то исчезло. Как вы, русские, говорите, «камень с души упал». Твое влияние на меня оказало поистине благоприятное действие. В тебе зарыт большой талант. И этот талант ты должен использовать во благо людям.

— Спасибо. Я очень рад за тебя, Эдуард. Я рад, что смог чем-то тебе помочь. Постараюсь силу мысли своей использовать в правильном направлении, и ты мне в этом поможешь, потому что сейчас мы с тобой единомышленники, не правда ли?

— Абсолютно верно, «Апостол». Со своей стороны я тебе буду помогать во всем, о чем мы уже ранее говорили с тобой и с нашим общим другом.

В просторном кабинете прокуратуры удобно расположились члены следственно-оперативной группы, которой руководил Андреев. Присутствующие здесь Кольцов и Левченко внимательно слушали Андреева, который проводил анализ полученных ими материалов в ходе оперативной разработки.

— Сведения у нас неутешительные, но в то же время некоторые детали подтверждают, что в криминальной среде произошли существенные перемены. Сейчас преступники легли «на дно», как будто их кто-то крепко спугнул. Вероятно, смерть их главаря Крымова ввела их на время в шоковое состояние, от которого они не могут оправиться. Кстати, судебно-медицинская экспертиза по трупу Крымова не проводилась. Это наше упущение, что труп Крымова его «братки» по непонятным причинам вывезли в Москву. Вероятно, его захоронят где-нибудь на столичном кладбище. Далее перехожу к загадочной смерти Миронова. Кто доложит?

Встал Кольцов и доложил:

— Судебно-медицинская экспертиза подтвердила факт самоубийства Миронова. Он застрелился из своего табельного оружия в своей квартире. Наверное, он понял, что ему некуда деваться после известных событий на заимке, и наложил на себя руки.

— В этом я глубоко сомневаюсь, — заметил Андреев и продолжил: — Вероятно, Миронов мешал кому-то, как живой свидетель, так как его смерть произошла буквально спустя сутки после неудачного набега на заимку.

— И не только, — вторил ему Левченко, — продолжая свою мысль: — Ранний арест телефонистки Савчук насторожил его подельников. Смерть Миронова решает все проблемы, так как связующая их нить обрывается, а вместе с ней мы являемся свидетелями тупика, в который невольно зашли.

Внезапно за их спинами раздался голос прокурора, который только что вошел:

— И не только смерть Миронова вас завела в тупик, но и смерть Крымова. Пока он был жив, все было по-другому. Как только Андреев допустил ошибку, проявив самонадеянность, так сразу наемник, убивший Крымова, исчез от преследования. А потом, как следствие, под удар был поставлен наш помощник Терехов. Только что мне сообщил Антон Сергеевич: Терехова вычислили после этих вот ошибок и ликвидировали. Так что, друзья мои, преступники работают профессиональнее вас, и знак этому — все концы в воду и затишье. А я уверен, что такое затишье не к добру. Недаром наши предки говорили: «Каждое затишье перед бурей». А буря нам ни к чему, она нам портит все показатели, потому что после такой бури мы не можем расхлебаться, после нее в воздухе наших кабинетов летают одни «глухари».

Присутствующие сыщики после этих слов замолчали, ожидая дальнейших нареканий прокурора. Но Рябинин не стал долго говорить, он сообщил:

— Пришел я к вам, чтобы предупредить, что дальше так работать нельзя. Я долго сегодня выслушивал по телефону нарекания заместителя Генерального прокурора. Его высказываний о вашей некомпетентности я наслушался много. Он предупредил меня и генерала, что если положение в ближайшие дни не улучшится, то будут приняты крутые меры. Вашу группу разгонят и создадут новую, более компетентную.

После этих слов дверь хлопнула, Рябинин вышел, не попрощавшись.

— Рассердился старик, — произнес Андреев.

— Что делать будем? — спросил Левченко.

— Продолжать работать, — ответил Андреев и добавил: — Чего они от нас сверхъестественного ждут? Мы ведь не суперагенты, как это ловко показано в американских боевиках. Только в кино «раз, два — и в дамках». А здесь реальная жизнь. Ни техники, ни спецтехники. Автомашины на ремонте, а те, которые на ходу, уже еле дышат. Бензина почти нет. Зарплату не дают. Бегай за преступниками на своих двоих. Много мы так набегаем?

— Конечно, нет! — отреагировал Левченко. Он возмущенно продолжил: — Если бы не было результатов работы. Ведь они есть! Задержали почти всех, кто причастен к убийствам, за исключением «Клеща» и Верижникова.

— Сейчас в Москве группа Столетова их разрабатывает, — отреагировал Левченко.

Кольцов недовольно отметил:

— Здесь, на периферии, мы многое, зависящее от нас, выполнили. Дома какую ночь не ночуем. С такой работой и без семьи остаться можно. Какой женщине понравится, когда ее муж дома не ночует.

Ему вторил Левченко:

— Конечно, не понравится, — потом продолжил: — Я уже заметил такую закономерность: если что-то по работе получается, то хорошо, руководство делит лавры. Как только вышла промашка, все забывается, и уже пошли предупреждения, угрозы.

— Ну, ладно, хватит болтать лишнего, — перебил его Андреев. — Я вижу, слишком уж вы тут разговорились! Лучше давайте подумаем, что дальше будем делать.