И в этот момент зазвонил его мобильный телефон, который Леонидов включил, как только подумал, что Лера одна в темноте бредет к заметенному снегом коттеджу.

— Лера! — обрадовался он. — Вот молодец! Решила позвонить, чтобы я не волновался!

На дисплее высветилось: «Саша». Но он уже нажал на кнопку: ответить.

— Извини, что так поздно, — вместо «здравствуй» сказала жена. — Но я весь вечер не могу до тебя дозвониться! Абонент почему-то недоступен. Чем ты там занят?

— Ничем, — пробормотал он. У Алексея возникло чувство, будто его поймали с поличным. Вот что значит условный рефлекс! Почти десять лет он был примерным семьянином и верным мужем! Ну, почти…

— Леонидов, у тебя совесть есть?

— А что такое? — Он еле удержался, чтобы не извиниться. Я, мол, теперь свободный человек, и вообще ты сказала, что такое добро тебе не нужно.

— Я понимаю, что ты ушел от меня, но при чем тут дети? — сердито сказала Саша. — Между прочим, твоя дочь все время спрашивает: где папа? Сегодня, кстати, суббота!

— Извини, забыл, — пробормотал он.

— Чем ты там вообще занимаешься?

— Я? Работаю.

— Леонидов, ты очумел? Так заработался, что забыл о своих детях? Я звонила свекрови, она понятия не имеет, где ты!

— Я на задании.

— На каком задании?

— Меня в городе нет. Я в… командировке.

— Вот как? Тогда ладно, — сразу успокоилась Саша. «А если бы в меня стреляли? Если бы я в засаде сидел?» — грустно подумал он, лишний раз убеждаясь, что все сделал правильно: их с Сашей любовь давно прошла. — Леонидов? Эй?

Он, кажется, задумался.

— Извини. Я тебя внимательно слушаю.

— Я скажу Ксюше, что папа уехал в командировку. А когда вернешься?

— Не знаю, — честно ответил он.

Саша что-то почувствовала.

— Леша, что с тобой происходит? — подозрительно спросила она. — Что у тебя с голосом?

— Да все в порядке. Ничего не происходит, — фальшиво ответил он.

— С кем ты там?

— Сейчас один. — Он поздно сообразил, что сболтнул лишнее.

— Сейчас? А до того?

«В конце концов, мне придется сказать ей правду. С Лерой у нас серьезно».

— Саша, мы с тобой расстались. Каждый имеет право на личную жизнь. Если ты с кем-то встречаешься, я не возражаю.

— Леша… — ее голос задрожал. — У тебя другая женщина?

— Да, — честно ответил он.

— Значит, ты не просто от меня ушел? Ты ушел к любовнице?!

— Нет.

— Ты мне врешь!

— Когда я уходил, у меня никого не было. А теперь есть. И это серьезно. Саша, я не хочу тебе врать. Повторяю: ты тоже свободна.

— После того, как я молодость тебе отдала, это, конечно, широкий жест.

— Не говори банальностей, — поморщился он. — Знаешь же, как я этого не люблю.

— Да мне наплевать, что ты не любишь!

— Саша…

— Кто хоть она?

— А тебе не все равно?

— Знаешь, нет. Я удивлена, но мне не все равно!

— Уже поздно. Скоро полночь. Мне надо выспаться.

— Любовь тебя утомила, понимаю, — усмехнулась она. — И сколько раз?

— Саша!

— Два? Больше? Вырвался на свободу и отрываешься? Я помню, каким ты был до меня! По бабам ходил, по проституткам!

— Какие проститутки? Она — порядочная женщина!

— Непорядочная, раз спит с чужим мужем!

— Мы с тобой расстались, — холодно сказал он. — Что, обидно? Собственность из рук уплывает?

— Я тебя ненавижу! — она швырнула трубку.

Он тоже с досадой отбросил мобильник, тот приземлился куда-то на кровать, а Алексей отправился в душ. Сон как рукой сняло.

Он лег после душа и какое-то время беспокойно ворочался. Умеет же бывшая жена испортить настроение! Маме она позвонила! Еще кому? Начальству? Верните детям отца?! Сергей, между прочим, уже студент! И вообще, это не его ребенок. Это ее сын от первого брака.

Черт! Алексей натянул на голову одеяло. Надо успокоиться и уснуть, иначе завтра он будет никакой.

И тут опять зазвонил телефон. Он подумал было, что это Саша. Жаждет продолжить выяснение отношений. Он хорошо знал жену: истеричка. Пока не выплеснет все, что у нее на душе накопилось, не успокоится.

«Ни за что не возьму трубку», — твердо решил он. Но телефон не умолкал.

И вдруг Алексей сообразил, что звонит-то не мобильник! И звонок какой-то странный. Словно из прошлого. Он отбросил одеяло и уставился на телефонный аппарат, стоящий рядом с кроватью на тумбочке.