Алексей набрал номер «помощника» и велел ему:

— Устрой мне вечером кабинет в главном корпусе. И чтобы никто нам не мешал, понял?

— Нам?

— Я буду допрашивать Зарипову и ее парня, тоже керлера. А вы с Маркович будете ждать в соседней комнате. На случай, если понадобится очная ставка. Розу я предупрежу. А ты обеспечь Зарипову и ее сообщника. У нее вечером важная игра, мешать ей нельзя. И настроение перед игрой портить тоже нельзя. Вот когда она выиграет, тогда и подойдешь.

— А если проиграет?

— Она выиграет.

— Почему вы в этом уверены?

— Потому что я ясновидящий. Хочешь пари?

— Да ну вас… Еще отжиматься заставите!

— Лентяй!

— Как скажете. Вы — начальство.

— Ладно. Отбой.

…Матч он смотрел со странным чувством, потому что заранее знал результат. Поэтому Алексей следил за событиями на ледовой дорожке без азарта. Но было интересно: как они справятся? Чен с нервами, а Роза Маркович с собой. Ей ведь надо выполнить установку тренера: проиграть так, чтобы никто ничего не понял. Климова не случайно поставила скипом именно ее. Ставка на опыт.

Если честно, Леонидов ожидал бунта на корабле. Лично он сам так бы и поступил. Взял бы да и выиграл. Назло. Вот вам! Это вы неудачники, а мы — чемпионы! И спутал бы Климовой все карты.

Но, глядя на игру, он понял, что дисциплина в команде Калерии Константиновны железная. Ибо все они были ее командой, единым целым. Монолитом. Роза Маркович знала, за что старалась. Если Климова пообещала, что ее пристроит, значит, так и будет. Всем известно, что Федерацией рулит ее бывший муж. Хоть они и в разводе, но все также в курсе, что всесильный Эдуард Евгеньевич свою бывшую жену побаивается. Потому что уходил от нее тихо, без скандала, и не стал судиться из-за имущества. Климова получила все, что хотела. И всегда будет получать от Эдуарда Евгеньевича все, что ей нужно. Умеет она это.

А то, что ее в Канаду чуть не сослали… Алина попробовала — и надорвалась. И Свиридова тоже надорвалась. Поэтому все остальные ходят теперь по струнке.

Команда Зариповой выиграла достойно, но не всухую. Вообще этот матч похож был на спектакль, поставленный талантливым режиссером. Да и актеры играли правдоподобно. Никто бы не посмел им крикнуть:

— Не верю!

Мистер канадец довольно улыбался. Все сомнения в том, кого везти на Игры, отпали.

«И только я могу всему помешать», — подумал Алексей. Он сидел и ждал, когда спортсменки переоденутся. Надо было дождаться Розу Маркович и взять ее с собой на допрос в главный корпус.

— Ты этого не сделаешь, — раздался голос Леры.

Опять она читает его мысли!

— Что именно?

— Не откроешь ей дверь, когда она придет.

Алексей сообразил, что она о Рите. И с удивлением спросил:

— Откуда ты знаешь?

— Рита очень похожа на Мухина. Она сейчас в раздевалке бахвалилась, будто ты назначил ей свидание.

— Ничего подобного не было!

— Значит, она врет?

Он отвел глаза:

— Нет, она действительно напрашивалась, но я…

— Ты сказал нет?

— Да.

— Видимо, она не так тебя поняла, — насмешливо сказала Климова. — Хорошо, я ей объясню. Увидимся за ужином.

— Э-э-э… Постой. Я не приду на ужин. То есть я хотел сказать, что задержусь. У меня есть работа.

— Опять дядя Гриша напряг? Хочешь, я с ним поговорю?

— Нет. Это другая работа.

— Алексей Алексеевич, что вы задумали?

— Лера, не надо так официально, — взмолился он.

— Да, но что ты задумал?

— Меня в главном корпусе ждет следователь, — промямлил он. — Так что извини…

— Хорошо. Тогда до завтра.

— Ты ко мне сегодня не придешь?

Она не ответила. Значит, не простила. Они по-прежнему в ссоре. Алексей тяжело вздохнул. Искать пути примирения нелегко, Лера не идет на компромисс, она признает только безоговорочную капитуляцию. Но такому противнику не грех и сдаться.

Когда Лера ушла, он отправился искать Розу Маркович. И застал ее у окна вместе с Танечкой Лепестковой. Они что-то бурно обсуждали.

— Значит, это правда? — спросила его Роза.

— Что именно? — слегка напрягся Алексей.

— Что вы с Климовой поцапались! Теперь с Риткой любовь крутите! Калерия Константиновна одна ушла после тренировки!

— Ну, эти слухи сильно преувеличены, — улыбнулся Алексей. И вдруг заметил заплаканные Танечкины глаза: — А что случилось? Почему такая красивая девушка плачет?

— Так… — Танечка вытерла слезы и, достав платок, высморкалась. — Извините.

— Да вот, Гульку на допрос потащили, — пожаловалась Роза. — Все будут говорить, что из-за меня. Это я, мол, ее слила. А я никому ни полслова!