— Поскорее бы добраться, — нахмурился Варас, — раз пошли разговоры да пересуды, князь да хранители забеспокоятся, не сегодня так завтра уже сторожевые посты на дорогах у мотов выставят.

— Значит надо ехать с короткими остановками долго не задерживаясь.

— Да, — кивнул Варас, — завтра наполним бурдюки да фуража купим…

Завалившись спиной на матрас набитый свежей сухой соломой и заложив руки на затылок я лежал и смотрел в потолок, подбитый плотно подогнанными досками… что то не спалось.

— Варас…

— У?

— Спишь?

— Нет.

— Скажи, а что за высокими горами, которые на юге?

— Старики говорили, что много лет назад ходил туда кто-то с отрядом… Вернулся только один. Сказывал, что по горам тем долго ходили, снега много и холодно на вершинах, а за горами вода, много синей воды… и она соленая. Конца и края не видно той воде.

— Море?

— Что такое море, — приподнялся на локте Варас.

— Эм… ну это как Чистое озеро, только очень, очень большое.

— Ну да верно, бесконечное, до самого горизонта, — ответил Варас и опять улегся.

— А больше не ходил никто туда?

— Нет, тогда еще икербов не много было и не были они такими организованными, так, небольшие рода кочевали… а сейчас не пройдешь там.

— Понятно… а за хартскими землями что?

— На востоке степи и болота на многие дни пути, а потом гиблые места совсем начинаются… там говорят, есть город разрушенный, он словно из земли растет… говорят, те кто осмеливался в этот город ходить, давно это было… так вот, возвращались они и потом умирали в муках, будто проклятые. Так и называется — Проклятый город. Говорят, предки хартов там жили, давно, очень давно.

— А на востоке?

— Никитин, ты как будто не в княжестве рожден да в яме у икербов всю жизнь просидел, — влез в разговор Туск, — на востоке, за лесами земля как изрезана глубокими и длинными оврагами, такими, что и за день не обойдешь, а за оврагами сухие степи и за ними песок, много песка… не проходимы те земли вовсе.

— Верно, — согласился Варас, — так и есть, непроходимые.

— Понятно, — ответил я, и зевнув отвернулся к стене, накрывшись плащом заснул.

Еще только забрезжил рассвет, а мы уже покинули многодворец и продолжили путь. Начал накрапывать дождь, с одной стороны конечно дождь в дорогу хорошо, с другой… мокро и холодно. Пересекли пару проток, и к обеду подъезжали к еще одной. До моста было примерно метров пятьсот, я мы заметили всадника, который явно заметив нас развернулся и ускакал по дороге.

— Будто караулил стоял, — заметил Варас и поправил перевязь под плащом.

— Похоже, — согласился я и повернувшись к фургону сказал Ласу, — внимательно у моста, оружие наготове держите.

Наша кавалькада въехала на мост и перед нами предстала картина бойни — внизу, на берегу протоки в траве лежало несколько тел, все были заколоты, и водницы и их пассажиры, разбросаны вещи, две протопленные лодки на десяток метров ниже по течению.

— Разбойники, — сказал Туск и проверил как закреплен колчан на седле.

— Больше некому, — согласился я, — всадник уже скрылся за поворотом, интересно, сколько их?

— Не знаю, — нахмурился Варас, повернулся и посмотрел на фургон, — где там твоя труба железная?

— В рюкзаке…

— Не хочешь достать… а ну их там дюжина и засада?

Было видно, как Варас разнервничался… нет, он не боялся боя, даже с превосходящим по численности противником, он боялся за дочь и сестру, я к слову тоже понимал нашу уязвимость из-за присутствия женского контингента в обозе… Варас прав, приемущество нам сейчас необходимо, а с Ласом и Туском как-нибудь объяснюсь потом.

— Хорошо, — ответил я, спешился и подошел к фургону.

Открыв рюкзак, достал сверток с дробовиком, и развернул его. Так, ремень с подсумками поверх пояса, открыл затвор, и затем несколько раз пропихнул кусок тряпки стрелой без наконечника через ствол, очистив его от густого лампадного масла, патрон в ствол, 4-х зарядный магазин… готов. Положил дробовик в чехол, который привязал к седлу так, что бы удобно было быстро сидя верхом извлечь оружие. Все, можно ехать дальше.

До высокого кустарника, что скрывал поворот, оставалось около ста метров. Я и Варас ехали первыми, Туск ехал по обочине, позади на десяток метров, и еще немного приотстав медленно ехал фургон. От копчика до затылка побежала волна, я уже знаю, это ощущение не обещает ничего хорошего.

— Помедленней Варас, — сказал я.

— Может спешимся и по куст…

Закончить фразу он не успел, навстречу нам, из-за поворота выехал десяток всадников. Мы остановились. Двое первых всадников перекинулись парой фраз, после чего они все направились в нашу сторону, оружие у многих было наготове.