Воевода Тарин знал свое дело и сразу отдал несколько распоряжений… Сотня ополченцев под командованием Ласа прошла каменок и «оседлала» перекресток двух торговых трактов, за мостом через Срединную, встав лагерем и организовав караульную службу. Обозники, фуражиры и сотня Бока расположилась на большой площади рядом с рынком; конные разъезды отправились патрулировать дороги и протоку, остальные всадники Ванса встали лагерем у въезда в каменок.

Судейский Двор теперь стал домом воеводы Тарина, где разместился его обоз с охранителями ну и наш фургон. Отыскали старейшин каменка, их вежливо, но настойчиво попросили явиться к воеводе, где им была зачитана Грамота Совета. Старейшины восприняли известие по-разному, очень по-разному. Кто-то обрадовался и пообещал помогать, кто-то промолчал, просто приняв к сведению информацию, а кто-то был явно не доволен произошедшим. Тарин попросил старейшин объяснить жителям ситуацию, а также пообещал не нарушать покой людей, на столько, на сколько это позволяет военное положение. Затем Тарин в сопровождении охранителей уехал а мы с Варасом обнаружив в небольшой пристройке к конюшне двух перепуганных мужичков, успокоив их и узнав, что они конюхи наградив парой монет, предали им своих коней «на заселение». В одной из маленьких комнат на первом этаже дома жила пожилая семья — прислуга наместника, поняв что им ничего не угрожает, Ларта, так звали пожилую женщину показала нам где находится кухня и предложила свои услуги, т. е. приготовить нам поздний ужин. Кстати это семейство с нескрываемой радостью восприняла новость о существовании наследника Васлена, а суетливый старикан, муж Ларты даже засобирался в ополчение, но выслушав от супруги пару «ласковых» слов передумал и предложил показать нам несколько комнат в которые можно заселиться. Оставшиеся бойцы из охранения Тарина, во дворе разожгли костер и принялись готовить себе ужин, глядя на них и у меня разыгрался аппетит. Мы с Варасом отнесли вещи в комнаты, и пошли на кухню, где Ларта занялась готовкой.

Тарин вернулся спустя час, довольный и уставший. Обнаружив нас на кухне уже приступивших к ужину, присоединился к нам.

— Проверил, все войско расположилось, караулы расставлены, дальние дозоры высланы…

— А как люди в каменке? — спросил Варас, передавая Тарину миску с похлебкой.

— Люди спокойны, большинство старейшин на нашей стороне.

— А те, кто не на нашей? — спросил я

— Те тоже спокойны, — ответил Тарин, прихлебывая из миски деревянной ложкой, — пока спокойны.

— Пойдем Дарина, — сказала Чернава, отставив пустую миску на край стола.

— Пойдем, — грустно ответила Дарина. Она уже несколько минут как поела и «сверлила» меня глазами, от чего я испытывал некую неловкость, но Чернава мудрая женщина, все правильно сделала.

— Можете выспаться, — сказал им в след Тарин, — два дня тут точно простоим.

— Так и сделаем, — ответила Чернава и они вышли из кухни.

— А Дарина то глаз не сводит с тебя Никитин, — толкнул меня плечом Тарин.

— Угу…

— Ты только заметил? — улыбнулся Варас, — он же как только у меня появился, так Дарину как подменили…

— Ладно, хватит уже а? — отодвинул я пустую миску и налил себе в кружку сока.

Тарин поднял руки в примеряющем жесте.

— Ты мне лучше вот что скажи… воевода, — я выложил на стол кисет и стал набивать трубку, — ладно я пришлый в этот мир человек… много я еще не знаю. Но ты, умудренный годами и ратному делу обученный…

— Ты о чем?

— Я о том, что судя по наступающим холодам скоро замерзнут болота, а гарнизоны на севере не встанут из-за всей этой заварухи… Палей в городище с достаточными силами и водой в колодцах, сходу можем и не пройти за стены, а еще воевода Палея прибудет…

— Ты боишься?

— Я переживаю за успех того, что мы начали Тарин.

— И я тоже переживаю, поэтому скажу… что думаю о том, что ты сейчас сказал, с самого первого дня, как мы решили помочь Талесу. Если Палей не примет грамоту Совета, и не удастся взять городище, то зимовать будем здесь, и гарнизоны вышлем на север, хоть и с опозданием. Людям надо показать, что Талес заботится о княжестве, и это его, Талеса план.

— Ну хоть что-то, — кивнул я.

— Я все понимаю Никитин, и стараюсь сделать все как можно лучше, на все воля богов.

— Да… Боги рассудят, — согласился я, — ладно, я тоже спать, уже глаза слипаются.

Утром проснулся поздно. Замерз, спал крепко и не додумался перед сном утеплиться. Комнатка, что я себе выбрал на втором этаже дома, была маленькой, два на три метра. Похоже, что она была «гостевой», топчан присутствовал, соломенный матрас тоже и чистое белье, что очень порадовало. Быстро оделся и умылся ледяной водой из кувшина, после чего проснулся окончательно. Подошел к небольшому окну и отодвинул штору. О как, стекло… правда не такое как я привык видеть, а несколько прямоугольных кусков вставленных в раму из толстых брусков и замазанными смолой краями. Само стекло было толстым, с множеством застывших пузырьков воздуха внутри и с желтыми разводами, разглядеть через это окно что-то практически не возможно. Рама висела на кованых петлях, скинув медный крючок, я открыл ее. С улицы сразу ворвались звуки и запахи каменка, было мягко говоря свежо, не более десяти градусов, но светило яркое солнце и по небу плыли белые облака, а над горизонтом висела огромным «блином» Большая Луна. Окно выходило в сторону проулка прилегающего к центральной улице. В проулке играли дети — четыре мелких пацана сражались на деревянных мечах. Проходили горожане, мужчины и женщины, никто не носился в панике с перепуганным лицом, что важно.

Закончив проветривать комнату я закрыл окно и тут в животе заурчало, еще бы, время к обеду идет, а и завтрак проспал. Напялив свою «шапку бирку», накинул плащ и подтянув перевязь вышел из комнаты и направился по длинному коридору к лестнице, у которой встретил поднимающуюся Ларту.

— Господин, а меня за вами послали, — сказала искренне улыбаясь и немного поклонившись, — я бед уже приготовила.

— Спасибо Ларта, — ответил я.

Мы спустились на первый этаж и направились к кухне, от куда по коридору распространялся фантастический запах еды, на который мой живот сразу среагировал очередной руладой.

Уже два дня бездельничаю в Срединном каменке. Вчера прибыл Талес с остальным войском, а потом на площади у рынка, был большой сход горожан, где еще раз была зачитана Грамота Совета и Талес представился народу, задвинув весьма харизматичную речь, на тему «светлого будущего», у него получилось неплохо честно говоря, и теперь народ пребывал в некой эйфории, не все конечно, но в целом обстановка в городе была спокойная. Горожане продолжали заниматься своими делами, войско пополнилось ополчением на полноценную сотню.