— Ехал он, а я просто сидела, — недоуменно вскинула я на него глаза.

Одна из девиц громко фыркнула и, провиляв полуобнаженным задом к окну, процедила:

— Ты что, не видишь — она же над тобой издевается!..

— Я всего лишь отвечаю на вопросы, — спокойно парировала я с набитым ртом.

Несколько минут в комнате царила полная тишина. Затем тот, который сидел ко мне ближе, желая разрядить обстановку, громко хлопнул в ладоши и предложил:

— А не выпить ли нам?!

Все сразу оживились и принялись расставлять бокалы в строго определенном порядке. Неподвижными остались лишь двое — я и тот, кого я определила как старшего. Он сидел насупившись и грозно посматривал на меня из-под кустистых бровей.

— За что будем пить? — игриво спросила другая девушка, перекидывая красивые ноги с одних мужских коленей на соседние.

Со всех сторон посыпались предложения. И тут я, хранившая молчание, неожиданно для всех брякнула:

— Давайте выпьем за то, что имеет смысл в этой жизни…

— Давайте выпьем!.. — со значением произнес обладатель густых бровей. — Только хотелось бы уточнить — что имеет смысл для тебя?..

Стаканы, готовые опрокинуться, замерли на полпути, и на меня уставилось несколько пар глаз — одни с недоумением, другие с откровенным презрением.

Я поерзала, выпила, поморщилась, как полагается, и, вперив в него немигающий взгляд, выпалила:

— Я считаю, что мое присутствие здесь напрочь лишено смысла…

— Поясни, — опрокинул он свой стакан в рот и, не дрогнув, захрустел молосольным огурцом.

Хмель, ударивший мне в голову, теплом пробежался по нервам, несколько снимая напряжение, и я принялась разглагольствовать:

— Ну, например, если бы я вовремя не посмотрела налево и не пригнулась, то сейчас летала бы где-то в облаках и готовилась к Страшному суду.

— Но ты же посмотрела… — произнес мой собеседник, откидываясь на спинку стула и загадочно улыбаясь. — И, если честно, то этот парень погиб по дурику…

— То есть?

— А не собирались мы его убивать. Наш дружок малость промахнулся, а может, рикошет это был — поди сейчас разберись… Ладно, не велика потеря, слышали мы — ему уже недели две как включили счетчик… — Старший встал и прошелся, разминая затекшие конечности. — И если ты такая умная девочка, какой хочешь казаться, то должна сообразить, что вы нам оба были нужны живыми.

От такого комплимента кто угодно воспрянет духом, а что говорить обо мне…

— Если мои мысли следуют верному курсу, — осторожно начала я, — то вы хотели бы что-то узнать у меня?

Парень, сидевший рядом со мной, поставил свой стакан на стол и, пьяно икнув, пробормотал:

— Мы знаем, когда замочили Кису, ты была там.

— Так вы хотели бы найти того, кто его застрелил? — обрадовалась я.

— Киса был тот еще хмырь… Все делал в одиночку, втихаря. Поэтому нам не очень интересно, кто его замочил… — Он многозначительно помолчал и, наклонившись, вперил в меня немигающий взгляд: — Нам интересно другое — за что?! Кругом многое болтают, но никто толком ничего не знает…

— И вы думаете, что я?.. — ткнула я себе пальчиком в грудь.

— Именно, — улыбнулся он мне улыбкой шакала. — Именно, лапуля. И не вздумай говорить, что не знаешь!

Я наморщила лобик и несколько минут размышляла. Потом, окинув взглядом всю честную компанию, пришла к выводу, что мне лучше быть с ними предельно откровенной. Не зря ведь говорят, что чистосердечное признание смягчает участь… А я что — сама себе враг, что ли?!

— Ладно, — махнула я рукой. — Все скажу… Хотя мое дело здесь — сторона. Началось все с того, что я имела несчастье быть соседкой такой взбалмошной особы, как Валентина…

Ну а дальше из меня посыпалось, как из рога изобилия. Опустила я лишь неинтересные подробности о путанице с пакетами да еще о том, что была довольно тесно знакома с убийцей.

— Ну, ты даешь! — выдохнул старший, когда я закончила свой рассказ. — Словно по маслу! И как же тебе удалось удрать?

— Так он думал, что я без сознания, — заерзала я на стуле. — Вышел куда-то, я и того…

— И ты полагаешь, что иконы у него?

— А вот этого я не знаю, — вздохнула я. — Может, у него, может, еще у кого. Ведь для чего-то Киса в этот дом приезжал?.. Не знаю, правда, для чего — на улице стояла с одним из охранников.

— А зачем он тебя с собой повез? — Вопросы старшего все меньше начинали мне нравиться. — Отдала ему иконы, а что еще ему было надо?.. Почему он тебя дома-то не оставил?

— Симпатична я ему, — ляпнула я, ни на кого не глядя. — Поехали, говорит, съездим в одно место, а потом в кабаке отметим удачное завершение дела. Я, понятно, завозмущалась, да разве с такими, как вы, поспоришь…

— Складно говорит, — фыркнула одна из девиц. — Только я ей не верю.

— А тебя никто и не спрашивал! — рявкнул на нее старший, чем снискал мою признательность.