Все вокруг одобрительно закивали головами.

– Мне нравится все, что происходит здесь, на уровнях. Я уже не раз об этом говорил, но могу повторять вновь и вновь, потому что это чувство только укрепляется, - сказал Захарий.
– Здесь творится высшая справедливость, и ее неотвратимость и суровость, причем строго вымеренная для каждого, это ли не есть благо? Здесь теперь мой дом, я чувствую свою сопричастность к происходящему, хотя еще не понимаю своего предназначения. Но чувство это дает мне силы и уверенность, что я не окажусь лишним в этом великом деле.

Одобрительный гул со всех сторон был ему ответом.

– Отлично!
– кивнул Марон.
– Мы здесь, и так все старые друзья, а обрести друга заново приятно вдвойне! Скоро ты поймешь, о чем я говорю, и истина эта не станет для тебя ударом.

– Эльстрат научил меня молчать, и не лезть вперед с вопросами, - улыбнулся Захарий, - ответы ведь все равно приходят, когда им положено, а не раньше.

– Эльстрат молодец, - сказал Марон с утвердительным жестом, - вы с ним действительно подошли друг к другу.

– Ты готов к продолжению своего похода?
– спросил Захария Лоцен, пристально глядя ему в глаза..

– Я теперь постоянно ко всему готов!
– с улыбкой отозвался тот.

– Здесь тебе предстоит не только созерцать, но научиться самому наказывать грешников, не смотря на пол, возраст, или еще что-либо, что может пробудить в тебе еще оставшееся человеческое чувство. Наказывать без всякой пощады, со всей строгостью, которую все эти людские аоры заслужили своими деяниями.

– Можете не сомневаться, - прищурил Захарий один глаз, - у меня получится!

Это было произнесено таким тоном, что присутствующие посмотрели на него с некоторым изумлением.

– Тогда, нам и не стоит здесь задерживаться!
– Марон поднялся со своего места.
– Мы выйдем втроем, а Миор и Лоцен присоединятся позже.

После этих слов все встали, и в зал наполнился гулом множества голосов. Девилы выстроились в длинную шеренгу, и Марон с Остеном стали прохаживаться перед ними, иногда что-то спрашивая у некоторых из них. Лоцен в это время показывал Захарию скульптуры, рассказывая их историю. Через полчаса, Марон, Остен и Захарий, попрощавшись с остальными, и взяв с собой двух дюжих девилов, направились к выходу. Миновав небольшую комнату, они пошли по длинному темному тоннелю, ведущему на поверхность. Захарий шел немного позади девилов, освещавших путь большими факелами, с интересом их разглядывая. Они были большого роста, с мощными конечностями, покрытыми длинными костяными шипами, выраставшими из их бугристой, коричневой кожи. На одном был накинут яркий желтый плащ, второй был просто опоясан широким ремнем, и на спине у него росли крылья. Первый был вооружен большим зазубренным мечом, а у другого в руке, помимо факела, была раздвоенная пика.

– Это Дорф и Миоген, - негромко сказал Захарию идущий рядом Марон.
– У Лоцена сегодня как раз был на отдаче энергии четыреста третий легион, ты их видел, и эти двое подошли нам больше всех.

Захарий кивнул в ответ. Когда тоннель закончился, они вышли на открытое пространство, однако тьма, окутывавшая их внутри скалы, так и не рассеялась.

– Здесь вечная ночь, - сказал Остен, - есть только костры, факелы, и вспышки вулкана.

Едва он это произнес, словно в ответ, раздался, подобный громовому, мощный глухой раскат, и все вокруг озарилось багровым светом. Захарий увидел вдалеке столб огня, взметнувшийся ввысь, и большую гору, из которого, он, собственно и поднимался. У ее подножия виднелся огромный город. Они стояли на выступе скалы, на большой, довольно ровной площадке. Все пространство внизу было покрыто высокими деревьями, растущими даже на склонах. Постоянный шум ветра, вкупе с темнотой, и всполохами огня, дополняли мрачную атмосферу происходящего.

– Все, кто очутился здесь, - продолжал Остен, - заслужили это самыми страшными преступлениями. Это убийство, самоубийство, насилие. Теперь они сами стали объектами для нападения, и здесь каждый из них, снова и снова, день за днем, подвергается мукам смерти. Сейчас мы пойдем через весь лес, и будем разить каждого, встретившегося на пути.

Захарий только кивнул головой. Очередная огненная вспышка озарила все вокруг, и теперь он увидел, что среди деревьев и скал прячутся люди, тщетно пытающиеся казаться как можно незаметнее. Мгновенно очутившись возле ближайших из них, Дорф и Миоген, короткими точными ударами своего оружия расправились с целой группой аор.

– Пока у тебя нет меча, - сказал подошедший вплотную к Захарию Марон, - надо уничтожать их другими способами.

– Как это? – на этот раз Захарий был удивлен.

– Силой мысли. – Марон положил руку ему на плечо. – Это единственная реальная сила, друг мой. Все, что есть, и здесь, и в других мирах, создано мыслью, и ей же может быть уничтожено. Вот смотри!

Он указал на одно из деревьев, из за которого сразу появилась человеческая фигура. Это был темнокожий мужчина, одетый в дорогой белый халат и чалму.

– Он прятался там, и конечно, не хочет идти, - объяснял Марон, - но я этого хочу, и остальное уже не важно.

Внезапно человек резко остановился, и начал буквально рвать зубами свою левую руку.

– А теперь так! – Марон указал на большой камень, невдалеке от них.

Человек снял с себя чалму, и быстро разбежавшись, разбил себе об него голову.

– Понятно? – спросил Марон.

– Вполне, – ответил Захарий. – пример наглядный.

– Способов масса, и любой из них, друг мой, даже самый изощренный, ничему не противоречит. – Марон посмотрел ему в глаза. – И помни, что твое желание - твоя сила. Это есть главное, что приносит плоды...Сейчас мы устроим здесь настоящую бурю. Смотри вперед, слушай себя, остальное придет само...ну, ты готов?