Урса никак не могла отделаться от мысли, что ее сестра не осталась одна.

Но не ее дело осуждать сестру, да и леди Брэкли могла догадаться, о чем она думает.

Поэтому она стала рассказывать ей о детстве Пенелопы, описала их дом и сад.

— Я так люблю цветы, — призналась леди Брэкли. — Жаль, я не могу видеть их, но утешаюсь тем, что имею возможность вдыхать их аромат.

— Я слышала, люди, лишенные зрения, способны за счет других органов чувств острее воспринимать окружающий мир — музыку, например, и, конечно, запахи.

— Думаю, это правда, — согласилась леди Брэкли.

После обеда Джонсон проводил ее обратно в гостиную.

Когда он ушел, Урса спросила:

— Может быть, мне пойти в библиотеку за книгой, или отложим чтение на завтра?

— Для меня такое удовольствие просто разговаривать с тобой, дорогая, — сказала вдова, — так что подождем до завтра.

В это время дверь отворилась, и Джонсон объявил:

— Маркиз Чарнвудский, миледи.

Урса в изумлении оглянулась, а вдова издала радостный возглас.

В комнату быстро вошел высокий, красивый молодой человек.

— Добрый вечер, grandmama [8] , — сказал он. — Вы, должно быть, удивлены моему появлению?

Леди протянула к нему обе руки.

— Гай, неужели это ты? Я не могу поверить!

Маркиз взял ее руки в свои и, наклонившись, поцеловал в щеку.

— Это действительно я! — сообщил он. — Вернулся в Англию три дня назад.

— Я уже думала, что не встречу тебя больше, и как же прекрасно, что ты здесь!

— В добром здравии и рассудке! И в то же время я в беде, grandmama!

— В беде? О мой мальчик, что случилось с тобой? — воскликнула леди Брэкли.

Затем, как будто внезапно вспомнив, что они не одни, она промолвила:

— Ты, конечно, знаешь Пенелопу, жену Артура!

От этих слов Урса перестала дышать.

Ее пронзила мысль о внезапном разоблачении.

Маркиз, однако, покачал головой и сказал:

— Нет, grandmama.Мы никогда не встречались. Я был за границей, когда они поженились, а потом находился в своей усадьбе.

Улыбнувшись Урсе, он продолжал:

— Но я, конечно, много наслышан о прекрасной леди Брэкли.

— Вы никогда не встречались? — удивилась вдова. — Какая удача, что она здесь, потому что Артур уехал в Танжер!

— Чрезвычайно рад познакомиться с вами, Пенелопа, если я могу называть вас так, — с улыбкой сказал он Урсе. — Я встретил одного из ваших друзей несколько месяцев назад, он был в восторге от вас. Теперь я вижу, как он был прав!

Урса надеялась, что она не покраснела, чего не случилось бы с Пенелопой.

Но она была смущена, поскольку не привыкла к комплиментам.

Кроме того, во всех своих путешествиях она не встречала такого прекрасного молодого человека, как маркиз.

— Гай, так что за беда приключилась с тобою? — спросила в тревоге вдова.

— Я в большом затруднении, grandmama.Потому и бросился сюда из Чарнвуда просить вас о помощи.

Он подвинул к ней кресло и сел подле нее.

В это время вошел Джонсон с бутылкой шампанского на серебряном подносе; он поставил его на маленький столик рядом с маркизом.

— Налей мне бокал, Джонсон. Я так спешил, что нуждаюсь в подкреплении.

— Кучер вашей милости отвел лошадей в конюшню, милорд, — сказал Джонсон. — Я думаю, вы, ваша милость, останетесь ночевать?

— Хотелось бы, если вы оставите меня, grandmama, — обратился маркиз к вдове. — Меня не очень радует перспектива возвращаться домой в темноте.

— Тебе ни в коем случае не следует делать этого, — согласилась вдова, — и ты знаешь, как я всегда рада тебе.

Джонсон наполнил бокал и вышел из комнаты.

Маркиз пригубил шампанское.

— А теперь я расскажу вам, что меня привело сюда.

Урса взглянула на него и сказала:

— Может быть, вы предпочитаете остаться наедине с вашей бабушкой? В таком случае я поднимусь к себе.

— Нет, вовсе нет, — поспешно ответил маркиз. — Вы — часть нашей семьи, а моя беда, уверяю вас, в большей степени семейная проблема.

Урса, поднявшаяся было из своего кресла, вновь села.