— Вы можете высказывать мне все, что сочтете необходимым, и, пока я здесь, позвольте мне читать вам.

Вдова удивленно подняла брови.

— Я помню, когда ты приезжала сюда год назад, ты говорила мне, что не выносишь читать вслух.

Урса поняла, что допустила ошибку, и быстро сказала:

— Думаю, это оттого, что я волновалась, боясь разочаровать вас. Но теперь я с удовольствием почитала бы вам, что вы захотите.

Она вспомнила, как часто читала вслух отцу, и подумала, что со стороны Пенелопы было крайне эгоистично отказаться читать свекрови, лишившейся зрения.

— Тогда ты сходишь в библиотеку и выберешь книгу, которая, на твой взгляд, будет интересна нам обеим, — предложила вдова. — Сомневаюсь, что там много современных романов, но я уверена, ты найдешь что-нибудь увлекательное.

— Несомненно, — обрадовалась Урса. — Не далее как завтра мы получим удовольствие, возможно, от посещения какой-то другой страны.

Леди Брэкли засмеялась.

— Это великолепно. А теперь, если ты уже выпила чай, наверняка захочешь пойти наверх и отдохнуть немного до обеда. Я всегда так делаю, а ты тем более только с дороги.

— Д-да… конечно, — согласилась Урса, вспомнив, что Пенелопа должна была приехать сюда прямо из Лондона.

Вдова позвонила маленьким золотым колокольчиком, находившимся рядом с ее креслом.

Дверь немедля отворилась, и вошел дворецкий.

— Проводи ее милость наверх, Джонсон, — велела она, — и попроси Марту прийти помочь мне подняться наверх — я тоже отдохну перед обедом.

— Марта здесь, миледи, — ответил Джонсон.

Пожилая служанка подошла к креслу вдовы.

— Мы обе приляжем, Марта.

Леди Брэкли повернула голову в сторону Урсы.

— Пенелопа, дорогая, ты помнишь Марту? Она со мной уже тридцать лет, и я не могла бы обойтись без нее.

В этот миг Урса испугалась: Марта может воскликнуть, что она не жена его милости.

Но Марта лишь слегка присела в реверансе.

— Много времени прошло с тех пор, миледи, — сказала она. — Я думала, вы забыли нас.

— Нет, конечно же, нет, — быстро произнесла Урса. — Просто его милость так занят, что у нас нет никакой возможности вырваться из Лондона или из Виндзора.

— Артур писал мне в своем последнем письме, что королева целиком полагается на него. — В голосе леди Брэкли звучала гордость.

Марта помогла ей подняться с кресла и повела к двери.

— Это правда, — поддержала ее Урса, — его всегда приглашают в Виндзорский замок.

— Мне только жаль, что он не может чаще приезжать ко мне, — печально вздохнула вдова, — но я не должна быть эгоистичной, ведь он же трудится для страны.

Поднимаясь за ними по лестнице, Урса отметила, что она уже успела сделать два рискованных прыжка и не упасть.

Сначала Джонсон не распознал в ней самозванку, а вот теперь и Марта.

Девушка обрадовалась, что они ничего не заподозрили, и почувствовала облегчение.

Она сейчас ясно осознала, насколько была испугана по прибытии сюда.

«Теперь все в порядке, — думала она, — и мне остается лишь доставлять радость этой милой пожилой леди, пока я здесь. Ей не должно прийти в голову, что Пенелопа ведет себя так недостойно».

Эта мысль была мучительна для нее, так как влекла за собой осуждение сестры, и ей хотелось избавиться от подобных раздумий.

Однако подсознательно она понимала, что никакие усилия не помогут справиться с потрясением, вызванным в ней супружеской неверностью сестры.

Мари старательно укладывала волосы Урсы и наносила макияж на ее лицо.

— Вы так трудитесь, — сказала Урса, — даже жаль, что никто не видит меня.

Она засмеялась.

Мари же серьезно ответила ей по-французски:

— Есть еще слуги, миледи, и они болтливы!

Девушка знала об этом и встревоженно спросила:

— И многие слуги здесь… знают мою сестру… в лицо?

Мари кивнула.

— Oui [4] , миледи, и домоправительница сказала, как вы молодо выглядите, и даже более очаровательны, чем в прошлый раз!

Подозрительность экономки повергла девушку в трепет.

— Не беспокойтесь, миледи, — успокоила ее Мари, — все в порядке, да они и не очень умные.

Урса не могла сдержать улыбку, услышав саркастическое замечание Мари.