Ему вспомнилось, как на заре перестройки два умельца представили на суд публики новый автомобиль, имевший сглаженные динамичные формы, дверцы, открывавшиеся вверх. Тогда все газеты пестрели заметками, что это автомобиль 21 века, машина будущего. Теперь нет ни этого проекта, ни самой перестройки.

Третьякова в это время остановилась возле одного из лотков, с лежащим сахаром в целлофановых пакетах. За прилавком стоял чернявый продавец — явно выходец из Кавказских республик, лицо кавказской национальности, как нередко писали корреспонденты бульварных газет.

Светлана принялась торговаться.

— Уважаемый, сколько стоит килограмм?

— Сколько, красавица? Сколько написано, столько и стоит, цэну видишь? — кавказец показал на ценник.

— А скидку сделаешь, если мы два мешка купим?

— Вах, вах, конэчно, дарагая! Если купите три, тогда по рублю с каждого килограмма уступлю.

Светлана повернулась к стоявшему рядом Цыганкову.

— Что Александр Николаевич, берем?

— Три, конечно, многовато будет, ну, ладно — согласился он. — Сахар откуда? — спросил кавказца, — с Украины?

Невысокий худощавый кавказец расплылся в улыбке, правой рукой покрутил черный ус:

— Послушай, дарагой, какая разница, а? Ты что из ОБЭПА? Главное, что сладкий, как мёд, а откуда, откуда — с базы!

— Грузин, что ли? — снова спросил Александр.

— Конэчно грузин, дарагой, не армянин же, разве не видно? Из Поти я.

— Хорошо, мы возьмем три мешка — сказал Цыганков и достал деньги, чтобы рассчитаться — грузчики у тебя есть?

— Найдем, найдем. Куда нэсти?

— Вот «Жучка» стоит. Тащите туда.

Обернувшись назад, Александр показал рукой на машину, возле которой уже стоял Емельянов, предварительно открывший багажник.

Цыганков отсчитал деньги кавказцу и его грузчики — молодые здоровые парни, видимо из грузинских сёл, быстро перетащили мешки в машину оперативников.

Когда в гостиничном номере тревожно и звонко зазвонил телефон, Забелин, который только вернулся с обеда, подумал, что это звонит Бердюгин. Он поспешил к столику с телефоном, сорвал трубку. Однако звонил из его Департамента дежурный. Удостоверившись, что у аппарата Сергей Павлович, он попросил принять телефонограмму.

Взяв ручку, Забелин записал на листе бумаги текст, который подиктовал ему дежурный офицер. Из текста следовало, что в ближайшие пару дней с территории Украины на территорию России мог въехать курьер, везущий деньги бандформированиям в Чечне. Точный маршрут его был неизвестен, собственно, как и сама личность. Это мог быть мужчина, могла быть и женщина. Мог быть кавказец, иностранец, а могли и просто житель Украины или России. С транспортом тоже полный туман.

Телефонограмма была за подпись генерала Васильева. Забелину предписывалось после окончания учений, совместно с УФСБ по Ростовской области, организовать работу по созданию заградительных кордонов. Для этого требовалось выставить дополнительные посты в местах расположения стационарных пунктов ГИБДД.

«Накрылось восьмое марта медным тазиком — подумал Сергей — придется здесь сидеть еще неделю, как минимум. Сашка огорчится, но ничего не попишешь! Сейчас приедет — обрадую его».

Думая, что дежурный уже передал всю информацию, Забелин хотел положить трубку, но тот сказал, что соединяет с заместителем Васильева Новиковым.

— Добрый день, Виктор Евгеньевич! — поздоровался Забелин.

— Добрый день! — ответил Новиков, — я хотел пояснить смысл телефонограммы. Курьер может двинуться через Украину, добраться до Ростова и там повернуть на юг. У вас есть возможность перехватить его, начиная с момента пересечения границы через Иловайскую. После Ростова будет хуже — он может раствориться на юге.

— Он точно поедет этим маршрутом?

— Этого мы не знаем, но я еще вчера отправил ориентировку в СБУ, чтобы коллеги нам помогли по возможности.

— Приметы, конечно, нам не известны?

— Ты прав! Мы знаем о самом факте, подробностей нет.

— Получается, надо искать иголку…

— Вот именно! Одиночка — этим всё сказано. Одно знаем точно, он везет доллары, сумму немаленькую и, следовательно, с ним будет чемодан, кейс, рюкзак — всё, в чем можно поместить деньги. На это надо ориентироваться.

— Примерно, какую сумму везет?

— Я думаю, около миллиона долларов. Может, чуть меньше, сколько увезет за раз. И еще. По личности курьера. Не исключено, что это будет русский, принявший ислам и ставший ваххабитом. Такая оперативная информация у нас имеется.

Новиков сделал небольшую паузу, видимо вспоминая, что еще хотел сказать, потом продолжил:

— Тебе надо сегодня же появиться в местном Управлении и представиться — мы им направили шифртелеграмму. Сообщишь, полковнику Безручко — это заместитель начальника Управления, что будешь представителем Центра по этой операции, так сказать, для координации. Я уже с ним переговорил.