– Хорошо, милый.

Орна взяла листок и упорхнула, а Билон попытался снова сосредоточиться на тексте и, по крайней мере, не оборачиваться каждые полминуты в ее сторону.

Только вечером, после сдачи номера, когда все они уселись за стол для позднего ужина, Майдер Билон сумел задать вопрос, который занимал его все последнее время.

– Орна, как у тебя получилось приехать так быстро? Ты ведь собиралась только в середине лета, когда закончишь университет.

– Я уже ничего не заканчиваю, меня исключили, - коротко ответила Орна, не поднимая головы.

– Как исключили?!
– обмер Билон.
– У тебя же через месяц диплом! За что?!

– За расхождение с текущей государственной политикой, - Орна наконец подняла голову.
– Из университета выгнали двух наших преподавателей. Один был заморцем, второй - женат на заморке и оказался развестись. Естественно, мы не могли молчать!

– Вы провели демонстрацию протеста?
– поинтересовался Кримел.

– Зачем?
– Орна слегка улыбнулась, словно солнечный лучик на секунду пробился сквозь грозовые тучи.
– Мы же - без одного месяца дипломированные юристы. Мы составили коллективный иск, указав со ссылками на конституцию и действующее законодательство Горданы, что эти увольнения абсолютно незаконны, и подали его в суд. И попытались обеспечить широкую огласку этому делу.

– И что дальше?!

– А ничего. Иск не приняли к рассмотрению. Ни одна газета, кроме, естественно, "Звезды", ни один телеканал даже не упомянули, что он был. А нас, так называемых зачинщиков, одиннадцать человек, вызвали в ректорат и объявили об исключении. А заодно посоветовали как можно быстрее покинуть Зейгалап. Я позвонила родителям, посоветовалась с ними, и они согласились, что мне сейчас лучше побыть здесь.

– А как же твое образование?
– сочувственно спросила Стора.

– В ректорате нам неофициально сообщили, что, если что-то поменяется, нас восстановят и дадут закончить обучение. Но пока надеяться на это трудно. В стране вообще творится что-то страшное!

– Отец говорил, его двоюродную сестру со всей семьей выгоняют из дома, - вздохнула Тагин.
– Он готов принять их всех, но она пока колеблется.

– Пусть немедленно бросает все и едет сюда!
– воскликнула Орна.
– В Зейгалапе три дня назад был погром! Какие-то мерзавцы - они называют себя Внутренней Армией - оцепили весь район, где проживают заморцы, начали врываться в дома, все там крушить, бить окна. Кто пробовал сопротивляться, того избивали, говорили, были и убитые. Потом всех заморцев, включая смешанные семьи, куда-то увезли. Говорят, их дома отдадут беженцам с Восточного континента.

– Да, творится что-то очень нехорошее, - покачал головой Кримел.
– Такие времена, и в самом деле, лучше переждать здесь, подальше от всяких властей. Тагин, пусть твоя тетя, действительно, поскорее приезжает сюда. Мы своих в обиду не даем. А вам, Орна, надо отдохнуть. Майдер, на завтра ты ничего срочного не планировал? Тогда бери выходной, на весь день. Свозишь куда-нибудь Орну, развеетесь, отдохнете. А теперь спать! Стора, проведи Орну в ее комнату.

– Спасибо, - Орна украдкой зевнула.
– Я и в самом деле, очень устала. Завтра я буду в порядке. Честно-честно!

На следующее утро Орна встала, когда Билон был уже давно на ногах и занимался сборами.

– Привет, - сказала она, неслышно появившись рядом с ним.
– Это велокат? Как интересно! Никогда их раньше не видела.

– Велокат, - кивнул Билон, поднимаясь на ноги, чтобы поцеловать ее.
– Беги завтракать, а после мы на нем поедем. Только надевай что-нибудь поудобнее.

– Хорошо, - Орна обошла велокат кругом.
– А мы далеко поедем?

– Километров двенадцать, наверное. Больше часа езды.

– Тогда зачем ты так много на него навьючил?
– засмеялась Орна.
– Я думала, ты куда-то с ночевкой собрался!

– Понимаешь, - Билон приобнял Орну.
– Тут, в степи свои правила безопасности. Если куда-то едешь, пусть даже совсем недалеко, надо обязательно брать с собой кое-какие вещи. Ружье - могут попасться хищники или хорошая дичь. Спички, чтобы разжечь костер, немного сухих дров на растопку и огниво, если спички вдруг отсыреют. Лопату, чтобы окопать место для костра и не сделать пожар. Палатку, если вдруг придется заночевать в степи, плащ на случай ливня. Обязательно воду и немного еды. Запасной нож. Фальшфейер, чтобы позвать на помощь. А еще мы устроим пикник, и я беру с собой жаровню.

– И как ты все это повезешь?!
– притворно вздохнула Орна.

– С трудом, но я попробую. А еще я повезу тебя. Видишь, вот здесь изгиб рамы, сейчас я укреплю здесь специальную подушку, она так и называется - женская. Только ты все равно на завтрак много не ешь, хорошо?! А то еще не свезу.

– А я в тебя верю!

Орна чмокнула Билона в нос и убежала. А Билон остался заканчивать сборы.

За поселком Билон решительно съехал с дороги, если таковой можно было назвать едва просматривающиеся колеи, и свернул прямо в степь. Высокая, по пояс, трава легко ложилась под широкие колеса велоката, из нее выскакивали крупные зеленые кузнечики и вылетали разноцветные бабочки. Вокруг было много цветов - от маленьких белых, собранных в аккуратные корзиночки, до большущих, почти с ладонь, розово-лиловых чаш с длинными черными венчиками, качающихся на длинных колючих плетях. Кое-где поднимались над травой толстые суставчатые стебли сагыза, усыпанные желтыми цветками. Над ними и вокруг них порхали птицы и жужжали насекомые. Однажды неподалеку они спугнули степного журавля - он неспешно поднялся в воздух и полетел прочь, солидно махая широкими серыми с черными полосами крыльями.