Шрифт:
Настя потеряла просто дар речи, а Петр, проходящий мимо, незаметно шепнул ей на ухо:
– Я тебя предупреждал.
Настя обвела взглядом полупустое помещение, и это несмотря на близость густо заселенных жилых кварталов. И оно было понятно, в столь странное помещение с таким диким интерьером и, судя по всему, непонятным меню Настя бы тоже в жизни не пошла, если бы не назначенная свахой встреча…
Из-за барной стойки вышел кавказского вида мужчина в русской народной одежде с двумя запылившимися папками меню.
– Присаживайся.
– Мы не вместе, – сразу же отметила Настя.
– Мы совершенно посторонние люди, – подтвердил Петр, улыбаясь, – просто ехали в метро, застряли и проголодались…
Настя метнула в его сторону гневный взгляд, ведь и со стороны можно было понять, что между ними было что-то большее, чем просто поездка в подземке.
– Хорошему гостю всегда рады! – улыбнулся им мужчина с копной кудрявых черных волос, крупным носом и золотыми зубами.
Настя приземлила свою «пятую точку» на твердую скамью, искренне боясь подцепить занозу в любое из своих не защищенных мест, а Петр нашел пристанище за барной стойкой, лукаво посматривая на «случайную попутчицу».
– Еда у вас, я так понимаю, русская? – спросила Настя, косясь на трупики засохших мух, нашедших свое захоронение между двух стекол еще с лета.
– Отчего же, красавица? – поднял кустистые брови бармен, он же официант.
– Действительно! – хмыкнул несносный Петр, находящийся в непосредственной близости от них и весело махая ногой, сидя на высоком табурете.
Настя постаралась не отреагировать на его реплику, коря себя одну за то, что привезла на свое свидание этого хлыща с идеальными чертами лица и такой сногсшибательной улыбкой.
«А я-то предстала в каком свете? – ужаснулась Настя, покраснев до корней слегка осветленных волос. – Типа такая гордая, отстань от меня, я – на свидание! И что?! В итоге я в каком-то тереме на курьих ножках с подозрительным запахом и обслуживанием! Словно Баба-яга в ступе, вот только женишка что-то нет. А если никто не придет? Вот позор будет! Великовозрастная невеста, задержавшаяся в женихах, то есть в девках… А знаешь что, Настя, лучше бы никто и не пришел, уж насмешку в этих красивых глазах я как-нибудь переживу. А вот если сейчас сюда заявится какое-то чудо в перьях и предложит мне эротическую еду пельмешки, я этого позора не переживу. Ведь этот тип у барной стойки упадет со смеху со стула», – размышляла Настя.
– У нас есть лаваш, шашлык и… – задумался официант.
– И машлык, – закончила за него мысль Настя. – Просто подходит по рифме, извините!
– Извиняю, и сациви, – блеснул золотыми зубами официант.
– А что-то из русской кухни? – осторожно поинтересовалась Настя.
– Не советую, – слегка наклонился к ее уху официант и уже более твердым голосом добавил: – Шашлык!
– Давайте, – кивнула Настя.
– И лаваш.
– И его давайте, – в голосе Насти появилась обреченность.
– А пить дама будет красное хорошее вино? – подмигнул он ей, что уж совсем было неуместно.
– Хорошее буду… – оглянулась по сторонам Настя, стараясь не замечать симпатичного парня за стойкой, прожигающего в ее лице дырку.
В этом теремке находились двое парнишек не русской внешности, увлеченно болтающих друг с другом на своем языке и парочка влюбленных, не замечающих никого вокруг, кроме друг друга, как и во многих кафе.
– Извините, любезный… – обратилась Настя к официанту, – мне здесь встречу назначили… Никто никого не спрашивал?
– Не волнуйтесь, красивая женщина, к такой красавице точно придут! Как только спросят, я сразу к вам… Да тут больше и обратиться-то не к кому… – развел он руками.
Настя погрузилась в томительное ожидание неизвестно чего, глядя в грязное окно и прекрасно понимая, что кто бы сейчас сюда бы ни пришел, он заранее проиграет на фоне Петра.
«Нашла с кем приходить на свидание. С самым красивым мужчиной в мире. Это как в Тулу со своим самоваром», – почему-то подумала она, даже затылком чувствуя его взгляд.
На улице под куском фанеры и остатками картонной коробки из-под телевизора лежал одутловатый бомж. Жизнь и время для него остановились давно.
«Все говорят, что счастливые часов не наблюдают…» – снова подумала Настя, уже серьезно боясь заболеть кривошеей.
– Шашлык-машлык! – вывел ее из задумчивости голос официанта, к тому же решившего пошутить.
Настя повернула голову и увидела, даже и услышала дымящийся и шкворчащий шашлык, нанизанный на шампуры и выложенный на большом белом блюде в форме шалаша. Именно в таком скрывался когда-то Владимир Ильич Ленин в Разливе, это она помнила из зарисовок в детской книжке. Мясной шашлык так шипел и издавал такой аромат, что, казалось, жил на шампуре своей жизнью. Внизу на блюде были выложены крупные сочные овощи и зелень. Выглядело все очень аппетитно.