— Земля, — уже спокойнее произнесла девочка. — Я никогда её раньше не видела. А ты?

Тира ничего не ответила Микки, только улыбнулась и вновь вернулась к своим дневникам. Однако настроение уже было упущено, и она закрыла ноутбук, решив обратиться к своим воспоминаниям позже, когда останется одна.

Ей было что вспомнить. Тира встала из-за стола и подошла к Микки, напряжённо вглядывающейся в обзорный экран, установленный в общей столовой для того, чтобы любой желающий мог полюбоваться видом открытого космоса, не мешая при этом старшим офицерам. Сейчас было поздно, и в столовой не осталось почти никого, кроме них с Микаэлой, да и той уже давно пора было ложиться спать. Всё равно высадка начнётся только в семь часов утра, после того, как экипаж разберётся с документами и таможенной службой.

— Иди спать, Микки, — мягко сказала Тира.

— А ты?

— Я тоже скоро приду.

— А где твои птички?

— Дома, наверное. Они не любят долго сидеть на одном месте. Ну, давай, иди. Завтра у нас будет много дел, тебе надо выспаться.

Оставшись одна в полутёмной столовой, девушка подошла к экрану, сердито одёрнув подол платья, когда он зацепился за один из стульев. На платье настоял брат, который считал, что приёмная сестра должна предстать перед глазами своего давно утерянного народа в наилучшем виде.

В наилучшем, хм… что же касается Тиры, то она просто бредила джинсами, кроссовками и спортивными куртками, в которые обрядится при первой же удобной возможности. Конечно, на Земле осталось немало людей и вещей, по которым она скучала последние шесть лет, но возможность чувствовать себя свободно находилась едва ли не на первом месте среди прочих. Конечно, при желании и на её новой родине можно было нарядиться в брюки и куртку, но всё-таки изменения, коснувшиеся Перна за последние три года, пока ещё не изменили планету очень сильно, и подобный стиль одежды не всеми воспринимался однозначно. Взять, например, её же собственного брата… Тира тихо засмеялась.

Она возвращается на Землю. После шести лет — снова.

Но кто её там ждёт?..

Наверное, родина обиделась на их долгое отсутствие, потому что встреча оказалась неласковой — как только они вышли из шаттла, доставившего их в Сан-Франциско с орбитальной станции, где они находились после высадки с «Акимбо», на них обрушились ледяной ветер и проливной дождь. Синоптики обещали, что скоро всё изменится к лучшему, а пока приходилось мириться с этой странной и мерзкой погодой, столь не похожей на привычные здесь, тёплые и солнечные, августовские дни.

Эван стучала зубами, прижимая к горлу ворот толстого свитера и кутаясь в самую тёплую из курток, что упаковали для них родители.

— Т-т-типичные в-в-вулканцы, — еле выговорила она, обращаясь к сестре.

— Д-д-да, — согласилась Лея, поплотнее запахиваясь в свою куртку. — А гравитация какая, чувствуешь? Мне кажется, я сейчас взлечу.

— Есть немного, — согласилась Эван, открывая тяжёлую дверь общежития.

Здание было старым, и выглядело в точности как те монументальные строения, что было принято возводить в середине двадцатого века. Конечно, это была всего лишь иллюзия — история комплекса насчитывала около двухсот лет; его начали строить как раз после первого контакта с вулканцами. Разумеется, те не могли не приложить руку к столь грандиозному мероприятию, затеянному их юными воспитанниками-землянами, вследствие чего внимательному глазу сплошь и рядом были заметны из каждой щели лезущие вулканские поправки в архитектурной композиции. Но для подобной наблюдательности следовало или родиться вулканцем или хотя бы прожить с ними несколько лет, а большинству курсантов подобные казусы были, конечно, безразличны. Главное, что в здании было тепло и уютно, чем большинство казарм подобного типа похвастаться, как правило, не могли.

Лея обвела взглядом холл общежития в поисках кого-нибудь, кто владел бы хоть какой-нибудь информацией. За небольшой стойкой у входа было пусто, зато на столике рядом лежала раскрытая газета, что говорило о том, что дежурный всё-таки здесь, просто отлучился ненадолго. Заголовок огромными буквами кричал о недавней трагедии. «Взрыв унёс жизни ста восьмидесяти человек!»

«Лучше я не буду говорить об этом Эван, — решила Лея. — Она и так вся в сомнениях. Хотя ещё и неизвестно, кто из нас больше боялся остаться один. Возможно, что и я».

Спустя пять минут в холле появился дежурный курсант.

— Новенькие? — хмуро поинтересовался он. — Мы ждали вас. Господи, а мелкие-то какие! Скоро они начнут принимать детсадовцев… А вы чего такие закутанные?

— Холодно, — коротко ответила Эван. — И, кстати, долгой вам жизни и процветания.

— А, Вулкан! И опять в наш корпус… Не так давно уже прибыли трое ваших — зануды первостатейные. Ладно, это к делу отношения не имеет. Идите за мной, я покажу вашу комнату. Там с утра уже обосновалась одна малолетка — по виду, ваша ровесница. Девочка со своими заморочками, доложу я вам, но думаю, вы поладите. Главное, ничему не удивляйтесь. Она с планеты… этой, как её… недавно обнаружили, мы ещё на лекции это обсуждали! Не помню. В общем, сами всё увидите. Вот ключи. Всю необходимую информацию найдёте в местной Сети. Я бы посоветовал вам осмотреть всё вокруг, пока не начались занятия; комплекс очень большой, запросто можно заблудиться. Ну всё, пока.

Эван открыла дверь, и девушки вошли в комнату. Первое, что бросилось в глаза — она действительно рассчитана на троих — вдоль стен были поставлены две двухуровневые кровати, под одной из которых вместо нижней полки был почему-то установлен письменный стол, на котором лежала большая расшитая сумка. Другой стол, двухместный, был установлен у окна, а в стене разместился большой шкаф.

— Ну, всё, кончилась весёлая жизнь. Интересно, к кому же это нас подселили? — поинтересовалась Лея у Вселенной. — Эй, есть тут кто живой?