Клянусь, я искренне тронута.

Из области прекрасного. Позавчера чуть не придушила Тиру — бросает, понимаешь, своих файров где ни попадя, хотя при чём тут, спрашивается, Тира? Да и файр, в общем-то, не виноват, что кое-кого в спортзале под потолком черти носят, а я потом с его радикулитом разбираться должна. Да и вообще, знаем же, что они здесь гнездятся, так зачем же, спрашивается, подушки на части рвать?..

Но нет! Нам подавай что-нибудь пошумнее и поэффектнее, и даже если это будет чуточку в дурном вкусе, то тем лучше.

Узнаёте портрет? Интересно, и как же это так получается — женятся земляне на землянках или вулканцы на вулканках — и живут себе всю жизнь нормально, ну или разводятся там периодически — это уже дело частное. Но стоит вступить в брак двум представителям этих, таких замечательных, но разных по сути своей, народов, как семейная жизнь тут же превращается в ежедневный цирк с конями и вечным выездом в народ на гастроли…

Посмотрите хоть на Сарэка и Аманду — вот уж достойный пример для подражания:)

Что же касается Сорела — честно, не хотела я, чтобы он с нами летел. Конечно, я понимаю мотивы Эван, но… Ну, улетели бы в командировку — и ладно. А куда, зачем — не всё ли равно? Ну, влетело бы потом, не в первый раз, опять же… А то, что он, пока меня ждать будет, половину начальства в нашей Академии передушит — разве это так уж важно? Детали…

В данный момент Сорел сидит напротив меня за столом и молчит третий час подряд, штудируя лекции по высшей математике. Дистанцию держит. В углу каюты, на диване, Сэлв и Ваня играют в трёхмерные шахматы. Наблюдать за ними — то ещё удовольствие. Ванька отчаянно жульничает, Сэлв злится, но молчит. „Товарищи, здесь была моя ладья!“ „Какая ещё ладья?!“ „Канделябром его, канделябром!!!“ Нет, эти спортивные страсти определённо не для меня. Хотела пойти в инженерный отсек, в старом оборудовании поковыряться — так не пустили, черти! Обращаются со мной так, словно я какая-то фарфоровая ваза, причём китайского производства (не в смысле династии Цинь, а в смысле — чуть громче чихнёшь — и развалится). Как будто это не я в одиннадцать лет прошла кахс-ван, в двенадцать — нашла в Запретных Землях звездолёт и собственноручно довела его до ума, в тринадцать — выиграла городскую олимпиаду по биохимии, а в шестнадцать — затащила в постель будущего мужа и взяла в плен собственного начальника штаба!.. Вместе с мужем, кстати. Впрочем, хвастаться я могу до самого вечера, а результат всё равно будет один — меня никуда не пускают!!!

Всё-таки жаль, что не Литгоу с нами полетел. С ним мне было бы значительно спокойнее. Лететь в командировку с собственным мужем — такого и врагу не пожелаешь! Да ещё и Сэлв с нами полетел вместо Совока заболевшего, видимо, для того, чтобы жизнь скучной не казалась. Ладно, со временем всё образуется… как-нибудь. Я надеюсь.

Vanya, prekrati zaglyadivat' mne cherez plecho, eto vulkanskiy, ti vsyo ravno ni cherta v nyom poka ne ponimaesh'…

Что? О Боже, Ванька-таки выиграл в шахматы у Сэлва. Тот сильно расстроен и, по-моему, серьёзно собирается надрать Ваньке… уши.

Ерунда у меня какая-то получается. Никогда не умела сконцентрироваться и провести холодный логический анализ ситуации. Вечно у меня всё на инстинктах да на эмоциях. Отец до сих пор выговаривает мне за это в каждом письме, но я рада и этому. Я вообще удивлена, что он уделяет мне столько внимания после того, как я улетела из дома.

Я полагаю, многие вулканцы таковы — посмотришь прямо и увидишь только прозрачный кусок льда в виде человека, сверкающий в ореоле своей логики; а стоит немного его отогреть — лёд тает и сквозь оболочку классического „правильного“ вулканца совершенно определённо проступает что-то вполне человеческое. Вот тут-то, как правило, и выясняется, что всё это „правильное“ — от банальной трусости, и боятся они нас ничуть не меньше, чем мы их, а то и больше — это уж как повезёт. Важно только не разбить этот хрупкий хрусталь, именуемый логикой, за которым они прячутся, как за бронёй, в сложные моменты своей жизни. Вот тогда всё действительно будет потеряно. Навсегда.

…Ура! Полёт, который, казалось, будет длиться вечно, наконец, окончен, и вот мы на Клинжае-2.

Первое, что бросается в глаза, пока мы спускаемся по трапу, щурясь на тусклом красноватом свету умирающей зведы, это местная архитектура, более всего напоминающая шедевры нарнского зодчества после столетнего рабства и войны с Центавром — низкие, мрачные здания из крупного тёмного камня, с плоскими крышами и маленькими окнами-бойницами. Это архитектура народа, привыкшего сражаться и умирать под звуки военных маршей; народа, для которого самой страшной смертью является смерть от старости; народа, у которого ребёнок, родившийся в день самой кровавой битвы, считается богоизбранным.

Второе, что я вижу — это встречающие нас клингоны, выстроившиеся в две шеренги по обе стороны от трапа, чтобы мы могли пройти по образованному ими живому коридору и в полной мере почувствовать, сколь ничтожна человеческая раса по сравнению с великой расой клингонов. Самый низкий из них — выше меня на две головы. Действительно, впечатляет. И вот, мы идём по этому коридору, а куда деваться-то, официально это приветственная делегация, приходится соответствовать. Я чувствую мысли Сорела — он настроен спокойно и немного иронично — весь этот антураж лишь насмешил его, и он незаметно дотрагивается до моей руки, передавая мне часть своей уверенности в благополучном исходе. Он чувствует мой страх, и трактует его абсолютно правильно — не этих шутов гороховых я боюсь, а себя, того, чем могу стать, если дам себе волю. Он будет рядом… не позволит… всё будет хорошо.

Разумеется, мыслей Ваньки и Сэлва я прочесть не могу; но первый явно перевозбуждён и рвётся в бой („Тра-та-та-там! Дорогу щенкам!!!“), а второй изо всех сил пытается походить на Сорела, и ведь похож, стервец, если не считать того, что у него все внутренности подвело от страха.

И это только наши первые шаги на Клинжае-2!»

…Лея закрыла красивую тетрадь с трогательной фотографией из последнего фантастического фильма этого года, на которой человек и ромуланец склонились над мирным договором, а на втором плане за этим процессом наблюдали просветлённые вулканец и клингон.