— Да не из-за этого, а… ой, что я несу! Да пойми ты, он относится к нам совершенно одинаково. Я вон сайт ему разворошила, он меня на месяц за комп посадил, я же не жалуюсь!..

— Это другое!!!

Феноменальная логика.

— Ну, тогда и я с тобой, — вздохнула Эван и вытащила свою сумку.

— Только попробуй! — Лея погрозила ей кулаком. — Аманда этого не переживёт!

— Всегда вместе — ты забыла? Как же иначе? Или ты забыла, кто мы есть?!…А Аманда расстроится, конечно. Представь, что с ней будет, если ты свалишь?

— Не знаю… — Лея села на кровать, роняя рюкзак. — Но я не могу так больше! Что бы я ни делала, только и слышно — «Спок решил бы эту задачу быстрее!», «Спок освоил бы эту тему раньше!», «Спок нашёл бы более интересное решение!» Спок, Спок, Спок!.. Я его уже ненавижу!

— На самом деле ты восхищаешься им, — сказала Эван. — Уж я-то знаю. Мне кажется, ты сама ставишь перед собой недостижимые цели, а потом злишься, когда не получается. А Сарэк просто скучает по сыну. Это же так естественно…

— Я знаю. И почему-то недолюбливает меня. Мне кажется, я ему мешаю!

«Вообще-то, она не так уж и неправа», — неохотно подумала Эван. Отношение Сарэка к Лее и впрямь было неоднозначным, хотя о нелюбви в Леином понимании речи, конечно, и быть не могло.

— Ну вот что! — Эван хлопнула ладонью по крышке стола. — Вношу предложение: я иду мыться, а ты ложишься спать. Утром разберёмся. Ты вообще какая-то бледная… У тебя всё в порядке?

— Немного кружится голова и… — Лея застонала и согнулась пополам.

— Что?! — Эван поймала себя на том, что уже реагирует на Лею примерно как Сорел — то есть в принципе не ждёт ничего хорошего.

— Позови Аманду, — Лея приподняла голову и скривилась. — Только тихо! Я знаю, в чём дело.

…Десять минут спустя Аманда укрыла Лею одеялом и поцеловала в лоб.

— Ну вот, — засмеялась она. — Теперь ты у нас уже совсем взрослая девочка, скоро продадим тебя соседнему клану за очень хорошие деньги…

— За меня много не дадут, — криво усмехнулась Лея.

— Ну что, уже не болит?

— Да, спасибо, стало гораздо легче.

— Вот и умница. Спокойной ночи, девочки, — Аманда зажгла им ночник, выключила свет и ушла.

— Стало быть, уже? — поинтересовалась Эван, присев на кровать сестры.

— Уже. Не было печали…

— Как же ты побежишь в таком состоянии?

— В том-то и дело, что никак, — буркнула Лея, отворачиваясь к стенке. — Не знаю… дня через два, может быть…

Она заснула.

«Мои молитвы услышаны, — насмешливо подумала Эван, вынимая из стенного шкафа полотенце. — Теперь, по крайней мере, понятно, откуда у неё такая депрессия. Надо полагать, завтра всё пройдёт…»

В коридоре её поймал Сорел.

— Может, теперь ты объяснишь мне, что происходит?

— С Леей? О Господи, да ничего такого, чего не происходило бы с любой женщиной каждый месяц… А что?

— О чём ты?

— Ой, да ну вас! — Эван зевнула. — Я так хочу спать! Спросите у Аманды.

Она поплелась в ванную, что-то бормоча по дороге о чересчур любопытных вулканцах, которым рано или поздно отрывают их замечательные уши в точках массового скопления народа.

Сорел нахмурился и вышел из своего укрытия. М-да. Интересный разговор. А что, если это правда?.. Может, Сарэку и впрямь трудновато — две девчонки сразу?

Сорел вспомнил, как он возмутился, когда Кирк предположил, что Лея может быть его воспитанницей. А что в этом такого? Вполне может. А вот то, что брякнула Эван… Да-а. Какие они странные, эти земные дети — не успеют на ноги встать, как все мысли только на эту тему. С другой стороны… Он вспомнил, какие взгляды бросала Лея на Кирка, когда они были на «Энтерпрайзе». Невероятно…

Он тихо вошёл в детскую, остановился возле Леиной кровати, рассматривая черты спящего ребёнка. Золотистые волосы, которые когда-то показались ему рыжими, выгорели почти до серебряного цвета и разметались по подушке, одна прядь упала ей на глаза. Сорел автоматически поправил ей волосы и задумался. Как странно, подумал он. Днём это обыкновенная девочка — непредсказуемая, находчивая — даже, пожалуй, чересчур; упрямая, эгоистичная — и вместе с тем обыкновенная. Просто ребёнок. Но сейчас, когда она спит… Серьёзное, совершенно недетское выражение лица, слегка нахмуренные брови, упрямый подбородок, нежно очерченная линия рта… Это очень красивое лицо, внезапно понял Сорел, делая шаг назад. Лицо взрослой женщины.

Нет… Конечно, нет. Это ребёнок и только. Рыжий аалс. Это хорошая земная девочка двенадцати лет, трудный подросток, быть может… Это поправимо.

Кстати об аалсах. Сорелу удалось не заорать от неожиданности, когда три килограмма котячьей игривости рухнули на него с высоты платяного шкафа, вонзив когти в китель. Т'Вет побери этого аалса, добродушно подумал он, снимая с плеча тихо урчащую Эврику.

— Побудь со своей сестричкой, ладно? — прошептал Сорел, укладывая котёнка рядом с Леей.